Правка Конституции: О чем нужно и о чем не нужно спорить

Юристы и политологи объясняют: все происходящее нелегитимно, а Владимир Путин, вопреки обещаниям, переписывает Конституцию под себя, чтобы обеспечить себе еще 16 лет правления.

Орешкин, Шаблинский, Пастухов, Кынев, Мишина, Юнеман — о поправках, голосовании и России после обнуления.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в whatsapp
Поделиться в email

Конституции нужны другие поправки. Обращение экспертов

Безмотивная и спонтанная «кавалерийская атака» на Конституцию, в ходе которой поспешно принимаются поправки, противоречащие ее духу и букве, вызывают озабоченность экспертного сообщества.

Несмотря на то, что действующая Конституция России имеет как достоинства, так и недостатки, она была и остается важнейшим правовым и политическим актом, зафиксировавшим приверженность российского общества идеалам республиканизма (народовластия), федерализма и прав человека. Задача общества — бережно охранять этот ее ценностный потенциал, аккуратно при этом устраняя недостатки Конституции, а не наоборот.

Достоинством действующей Конституции является четкое и однозначное закрепление в ней ценностного и цивилизационного выбора российского народа в пользу идей свободы, политического плюрализма, равенства перед законом, разделения властей и безусловного приоритета прав и свобод личности. К недостаткам можно отнести непоследовательность в реализации фундаментальных принципов разделения властей, федерализма и самоуправления, что привело в конечном счете к существенной разбалансировке отношений между исполнительной и другими ветвями власти. С конца 1990-х годов достоинства Конституции размывались, а недостатки усугублялись.

Однако предложенная сегодня псевдореформа, «реформа-спойлер» не только не разрешает реальных проблем действующей Конституции, но окончательно заводит конституционный процесс в тупик.

Предложенные поправки окончательно и бесповоротно выводят президента из системы разделения властей и ставят его над исполнительной, законодательной и судебной властями, подрывая тем самым закрепленные в Конституции принципы республиканизма (народовластия). Таким образом в России де-факто утверждается неконституционный режим президентского самодержавия, несовместимый с обеспечением приоритета прав и свобод граждан, что является в соответствии с действующей Конституцией главной целью государства.

Конституционная псевдореформа является существенной подменой мировоззренческих основ действующей Конституции, закрепленных в преамбуле, а также первой и второй ее главах. Эти изменения замаскированы под поправки в 3−8 главы Конституции, но в действительности затрагивают краеугольные положения 1 и 2 глав, в ряде случаев прямо противореча им. Однако в действующую Конституцию был встроен при самом ее создании механизм «внутренней защиты», которые делает любые нормы, противоречащие положениям 1 и 2 глав, конституционно ничтожными, то есть не имеющими юридической силы вне зависимости от способа их принятия — парламентом, на плебисците или на референдуме. А для изменения содержания 1 и 2 глав в соответствии с главой 9 Конституции необходим созыв Конституционного собрания.

Таким образом в Конституцию сознательно вносятся неустранимые противоречия, разрушающие ее единство и ценностно-правовой характер, при том что и содержание поправок, и сам порядок их внесения являются заведомо неконституционными. Речь идет о конституционной контрреформе, следствием которой станет формальная блокировка самой возможности реализации заложенных в действующей Конституции базовых принципов республиканизма, федерализма, приоритета прав человека, равенства перед законом и разделения властей.

Мы призываем общественность, политические организации и юридическое сообщество начать широкую и открытую альтернативную дискуссию по судьбоносным для России вопросам. Конечной целью этой дискуссии должна стать выработка конституционно-демократической федералистской платформы по вопросу о будущем государственном устройстве Российской Федерации, в том числе — об оптимальном, отвечающем закрепленным в Конституции принципам республиканизма и федерализма механизме взаимодействия ветвей власти в России, а также механизме взаимодействия федерального центра, субъектов федерации и органов местного самоуправления. Задача, некорректно решенная при принятии действующей Конституции, следствием чего и стала трансформация российской республики в самодержавную президентскую монархию, должна, наконец, быть разрешена в соответствии с духом и буквой этой Конституции. Чтобы вести эту дискуссию, мы предлагаем создавать «Клубы друзей Конституции».

Россия нуждается не в скороспелой конституционной контрреформе, продвигаемой под видом реформы, а во вдумчивых и глубоких поправках, развивающих дух действующей Конституции и устраняющих возникший конституционный дисбаланс.

Давайте вместе сделаем нашу Конституцию достойной нашего народа, нашей культуры, открывающей перед будущими поколениями преимущества свободы, соединенной с законностью.

  • Ирина Алебастрова, доктор юридических наук
  • Евгений Гонтмахер, доктор экономических наук, профессор
  • Антон Дрель, адвокат
  • Екатерина Мишина, кандидат юридических наук, независимый эксперт по конституционному праву, приглашенный профессор Мичиганского Университета в 2012 -2016 гг.
  • Александр Оболонский, доктор юридических наук, профессор
  • Владимир Пастухов, политолог, научный сотрудник University College of London
  • Юрий Пивоваров, академик РАН
  • Кирилл Рогов, политолог
  • Илья Шаблинский, доктор юридических наук, профессор, член Совета по правам человека при Президенте РФ (2012−2019 гг.)

О чем мы спорим?

Двадцать лет — это достаточно, чтобы узнать друг друга. Можно сказать, что мы все с путинским режимом хорошо знакомы. Мы знаем все его привычки, уловки и «приколы».

Но каждый раз, когда он втягивает гражданское общество, то есть наиболее активную и наиболее подвижную часть социума (а речь именно о нем, а не о населении в целом) в какую-нибудь из своих провокационных декоративных авантюр, будь то какие-нибудь псевдовыборы или, как на этот раз, всенародное голосование, начинается отчаянная рубка по поводу того, надо ли в этой авантюре участвовать или нет, и если надо, то как. К сожалению, все эти споры оказываются по большей части бесплодными: голосуй-не голосуй, все равно получится… не по уму.

Проблема в том, что сами эти споры как раз и являются для режима крайне полезными, потому что вместо того, чтобы консолидироваться, общество выходит из этих бессмысленных баталий более разобщенным. И в этом, а не в том, что власть примет поправки в давно ею забытую Конституцию, состоит для меня главный проигрыш гражданского общества.

Нынешний режим в России опирается не на Конституцию, а на прямое государственное и окологосударственное насилие, на гигантские, отнятые у народа деньги, на вонючую кучу полностью подконтрольных ей СМИ, на коллаборационистов из числа «приличных людей», согласившихся за деньги и блага использовать свой авторитет во вред своему народу, на опутавшую всю страну сеть спецслужб, на отчасти унаследованный, отчасти вновь приобретенный страх перед начальством, на преклонение перед ним за жалкие подачки, за мизерные доходы бюджетников и пенсионеров, за право обирать своих же сограждан.

Правки в Конституции, конечно, тоже важный штрих к портрету режима, но втягиваясь в спор вокруг них, мы отвлекаемся от сути.

Давайте называть вещи своими именами. В России нет демократии, нет выборов, нет правового государства. Есть авторитарный режим, может быть, не самый жестокий, особенно если сравнивать с образцами из совсем недавнего прошлого. Он позволяет своим подданным довольно многое, если это не угрожает основам существования узурпировавшей власть номенклатурной олигархии. Эти подданные пока еще могут достаточно свободно высказываться в специально отведенных для этого местах, иногда им разрешают протестовать офлайн (но здесь дела с каждым днем обстоят все хуже), но влиять на власть, формировать ее политику, оказывать воздействия на ее решения они могут лишь тогда, когда массы выходят за рамки неправовых законов, когда власть ощущает, что на пороге традиционный русский бунт.

Сложные материи типа Конституции в России всегда заботили немногих. Поэтому если режим решил поменять Конституцию, то ничто ему не сможет в этом помешать.

То есть, вопрос участия или неучастия в голосовании по поправкам — это не вопрос о том, удастся ли гражданскому обществу предотвратить уродование Конституции. И так понятно, что нет.

Во-первых, потому что под рукой всегда есть послушная часть населения, мнением которой можно манипулировать с помощью подконтрольных режиму медиаресурсов и подачек.

Во-вторых, потому что даже если масса вдруг выйдет из-под контроля, то на этот случай есть страховочные механизмы подтасовки результатов голосования, так что об этом прискорбном факте просто никто не узнает.

Сейчас речь идет только о том, нужно ли открыто выразить свою политическую и гражданскую позицию и как именно лучше это сделать.

Посмотрим на ситуацию в развитии. С 15 января по 1 апреля этого года решение вопроса, как мне казалось, лежало преимущественно в политической плоскости. С одной стороны, было очевидным, что содержание большинства поправок имеет антиконституционный характер. С другой стороны, было не менее очевидным, что сама процедура внесения этих поправок в Конституцию, предложенная Кремлем, является неконституционной.

Исходя из этого, я полагал, что наиболее разумной стратегией поведения было бы прийти и проголосовать против этого безобразия, но не потому, что стоит цель предотвратить принятие поправок — это невозможно при заданных правилах игры, — а потому, что политическое действие это всегда полезный гражданский опыт, ну и послать заодно сигнал власти.

Но после 1 апреля стало уже не до шуток. Кремль стал протаскивать свои поправки, что называется, «любой ценой», невзирая на возможные риски для здоровья и жизней людей. Стало совершенно ясно, что «вождю нации» не терпится закрепить конституционно свое пожизненное правление и ради этого он готов жертвовать кем и чем угодно. Эффект это имело, правда, скорее обратный, причем практически у всей думающей публики. Поправки к Конституции стали посмешищем, объектом издевки. Постепенно вопрос о голосовании по поправкам перешел из политической плоскости в плоскость этическую. То, что вытворяет власть, стало оскорбительным. Такое наглое и беззастенчивое пропихивание «обнуления», такое откровенное надувательство является просто отвратительным, оно оскорбляет человеческое достоинство.

Это меняет мое отношение к тактике. Вопрос из сферы политической переместился в сферу этическую.

Поэтому теперь я считаю самым главным внутреннее отношение людей к происходящему. Главное, чтобы человек осознавал, что на самом деле происходит и имел ко всему происходящему четко определенное отношение неприятия.

Осознавал факт, что мы имеем дело с нелегитимным методом, которым пропихиваются изначально противоправные нормы.

Что голосование за политическое рабство не делает его легитимным, а просто означает, что у наших прав нет судебной защиты и отстаивать их придется за пределами написанных узурпаторами правил.

Такое понимание — залог того, что в нужный момент у человека будут сила и воля противостоять злу. Потому что в решающий момент именно только это и будет важно, а все остальное, в том числе, пошел кто-то куда-то или не пошел, не будет иметь никакого значения.

Именно внутреннее отношение людей к несправедливости и конституционному произволу, формирование их долгосрочных ценностных установок должно быть нашей задачей.

Главное — сохранение гражданского достоинства, а как это достигается, вопрос второстепенный. Люди разные, они обладают разным темпераментом и им нужно разное. Нет одного рецепта на всех. Кому-то легче и поэтому важнее выразить свое отношение, проявив активность, совершив действие. Значит, надо рискнуть здоровьем, подняться и прийти на участок или написать свое «нет» онлайн.

Кому-то комфортнее проявить свою гражданскую позицию, отстранившись демонстративно от этого безобразия. Значит, надо так и поступить, сказав себе, что участие ниже вашего достоинства. Но главное — не попасться на крючок и не начать выяснять отношения между собой.

Вот эти споры — за или против, ходить или не ходить — это как раз то, чего ждет от людей власть. Ей необходимо спровоцировать видимость движухи, отвлечь внимание от неконституционной и подлой сути происходящего, заставить людей выпустить пар.

Они знают, что сейчас им ничего не угрожает и что они не мытьем, так катаньем протащат свои поправки. Но им этого мало, им надо заполнить своими поправками все пространство в мозгу обывателя, заставить его жить по навязанной ими информационной повестке. Соответственно, обратная цель состоит в том, чтобы не поддаться на эту провокацию и формировать свою собственную повестку, в том числе конституционную.

А то ли мы вообще обсуждаем? Что мы защищаем — Конституцию образца 1993 года? Но эта Конституция неидеальна, ее огрехи, в первую очередь, связанные с тем, как были прописаны полномочия президента, превращенного ею в несменяемого самодержавного диктатора, отчасти и породили нынешний авторитаризм. Эта Конституция нуждается в серьезной доработке или, используя терминологию оппонентов, — в поправках. Но совсем в других поправках, не в тех, которые легализуют бесконечную восточную тиранию, а в тех, которые продвигают Россию в сторону превращения в современное национальное государство европейского типа.

Все это как раз требует и активности, и дискуссии, и концентрации внимания на проблеме российского конституционализма, но вокруг совершенно другой повестки, чем та, которую навязывает сегодня режим. Поэтому лучшей стратегией поведения было бы сегодня переключение энергии активной части общества на конструктивную альтернативную дискуссию о том, как нам строить жизнь после того, как мы, вместе с неумолимым ходом времени, оставим в прошлом этот затянувшийся последний вздох прошлого века.

Михаил Ходорковский

Поправки — шаг к диктатуре

Три главные проблемы путинских поправок к Конституции:

наделяют Президента России почти неограниченной властью

Теперь он все решает не только по понятиям, но и по Конституции. Он руководит исполнительной властью, держит на привязи судебную власть, а парламент даже при желании теперь не сможет принять закон, который ему не понравится.

позволят Путину оставаться на посту президента до 2036 года

И учитывая его новые полномочия, уже никто внутри властной машины не сможет его контролировать.

разрушают основу Конституции

Поправки затрагивают основы конституционного строя — разделение властей, базовые права граждан, обязательства государства перед гражданами. Прав станет меньше, как и обязательств государства. А шансов сесть в тюрьму за неправильное высказывание — больше.

Независимый эксперт по конституционному праву Екатерина Мишина разобрала основные поправки: объяснила их суть и юридическое значение. Оказывается, за анонсируемым закреплением суверенитета и социальных обязательств государства перед гражданами скрывается совсем другое.
«Гражданам России предлагается одобрить огромное количество поправок, которые не только не улучшат, а, наоборот, ухудшат их жизнь».
Екатерина Мишина
кандидат юридических наук, советник юстиции I класса, независимый эксперт по конституционному праву, приглашенный профессор Мичиганского Университета в 2012—2016 гг.
суверенитет

«Россия может быть и оставаться Россией только как суверенное государство»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Часть 2.1 статьи 67 «Российская Федерация обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Действия […], направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются».

Что это значит

Декларативная и излишняя поправка, еще раз повторяющая уже сказанное в Конституции и никак не влияющая на защиту суверенитета и территориальной деятельности страны. Потенциально может ужесточить наказание для граждан, обвиняемых по статье УК о призывах к нарушению территориальной целостности страны.

Декларативная поправка

Преамбула Конституции провозглашает возрождение суверенной государственности России и сохранение исторически сложившегося государственного единства. Кроме того, в исходном тексте Конституции суверенитет провозглашен и защищён статьями 3 и 4, являющимися основами конституционного строя. Статья 4 ч.3 устанавливает, что Российская Федерация обеспечивает целостность и неприкосновенность своей территории. Таким образом, изначально вопрос защиты суверенитета и территориальной целостности России был урегулирован главой 1 «Основы конституционного строя». Формулировка поправки говорит не о сохранении суверенитета, которому ничто не угрожает, а о его защите вместе с территориальной целостностью страны, которая с 2014 года защищена ст. 280.1 УК РФ «Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ» (глава «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства»). Включение в Конституцию запрета действий, направленных на отчуждение части территории России, и призывов к таким действиям не усилит защищенность территориальной целостности страны, но дополнительно развяжет руки правоприменителям. Согласно ст. 280.1 УК РФ, публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, наказываются крупным штрафом, либо принудительными работами до 3 лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на тот же срок. Таким образом, у судьи есть выбор, какое наказание назначить — более мягкое в виде штрафа или же более жесткое и связанное с лишением свободы. После принятия поправки чуткие к дуновениям ветра политической воли судьи будут приговаривать осужденных по этой статье к наиболее строгому наказанию. Помимо этого, поправка, видимо, должна усилить имидж Президента как защитника суверенитета и территориальной целостности России среди граждан, которые не читали Конституции.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Социальные гарантии

«В любой ситуации и на всей территории страны должны исполняться социальные обязательства государства»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Поправка к статье 72 устанавливает конституционную обязанность совершеннолетних детей заботиться о своих родителях, причем не только нетрудоспособных и нуждающихся в помощи.

Что это значит

Тем самым государство слагает с себя часть ответственности за благополучие пожилых людей, перекладывая ее на граждан.

Обязательства государства возлагаются на граждан

Ст. 38 ч. 3 Конституции гласит: «Трудоспособные дети, достигшие 18 лет, должны заботиться о нетрудоспособных родителях». В действующем Семейном Кодексе России также установлена обязанность трудоспособных совершеннолетних детей содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них. Поправка к ст. 72 уменьшает объём обязательств государства по отношению к своим пожилым гражданам. Тем самым исполнение части социальных обязательств государства поправка возлагает на российских граждан более молодого возраста. Забота совершеннолетних детей о своих родителях становится в первую очередь их обязанностью, а не обязанностью государства.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Социальные гарантии

«В любой ситуации и на всей территории страны должны исполняться социальные обязательства государства. Поэтому считаю необходимым прямо закрепить в Конституции норму о том, что минимальный размер оплаты труда в России не может быть ниже размера прожиточного минимума трудоспособного населения»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Часть 5 статьи 75 гарантирует, что МРОТ будет не менее прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по стране.

Что это значит

Никаких новых обязательств, кроме уже закрепленных в Конституции и Трудовом кодексе, государство на себя не берет. Это попытка перепродать людям уже существующие гарантии.

Декларативная поправка

С точки зрения обязательств государства данные поправки ничего не меняют. Статья 7 (2) действующей Конституции изначально провозглашает, что Россия — это социальное государство, в котором обеспечивается государственная поддержка семьи, инвалидов и пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Эта же статья закрепляет гарантированный МРОТ. А в Трудовом Кодексе РФ давно установлено, что размер МРОТ не может быть ниже прожиточного минимума.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Социальные гарантии

«Считаю необходимым […]закрепить в Основном законе принципы достойного пенсионного обеспечения, имею в виду здесь и регулярную индексацию пенсий»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Часть 6 статьи 75 устанавливает основные принципы всеобщего пенсионного обеспечения и обязательство по поддержке ее эффективного функционирования и регулярной индексации размера пенсий. Слово «государственный» в тексте данной поправки отсутствует, речь идет просто о системе пенсионного обеспечения.

Что это значит

Включение в Конституцию декларативных принципов всеобщего пенсионного обеспечения не сделает работу пенсионной системы более эффективной.

Декларативная поправка

С точки зрения обязательств государства данные поправки ничего не меняют. Статья 7 (2) действующей Конституции изначально провозглашает, что Россия — это социальное государство, в котором обеспечивается государственная поддержка семьи, инвалидов и пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Чиновники

«Обязательные требования к лицам, которые занимают должности, критически важные для обеспечения безопасности и суверенитета страны»: запрет «иметь иностранное гражданство, вид на жительство либо иной документ, который позволяет постоянно проживать на территории другого государства»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Запрет устанавливается для Президента, губернаторов, членов парламента, судей, прокуроров, Председателя Правительства, вице-премьеров, федеральных министров, муниципальных и государственных служащих.

Что это значит

Поправка противоречит 2 главе Конституции и поэтому не имеет юридической силы. Кроме того, это попытка опосредованно внести изменения во 2-ю главу Конституции, которая не может быть пересмотрена Федеральным Собранием.

Нарушение прав граждан!

Поправки устанавливают данный запрет для лиц, замещающих государственные и муниципальные должности, должности государственной и муниципальной службы, высших должностных лиц субъектов РФ, руководителей федеральных государственных органов, членов Совета Федерации и Государственной Думы, судей, прокуроров, федеральных министров и иных руководители федеральных органов исполнительной власти, Председателя Правительства и его заместителей, а также Президента РФ.

К обеспечению безопасности и суверенитета страны этот запрет отношения не имеет. А вот положения главы 2 Конституции, в которой установлены основы правового статуса личности, этот запрет нарушает.

Статья 62 гласит, что «гражданин РФ может иметь гражданство иностранного государства (двойное гражданство) в соответствии с федеральным законом или международным договором Российской Федерации». Согласно этой же статье, «наличие у гражданина РФ гражданства иностранного государства не умаляет его прав и свобод и не освобождает от обязанностей, вытекающих из российского гражданства».

Нарушены и положения ст. 32, устанавливающей, что граждане РФ имеют право избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, имеют право на равный доступ к государственной службе. Эта же статья устанавливает два основания лишения граждан права избирать и быть избранными — если гражданин признан судом недееспособным либо если он содержится в местах лишения свободы по приговору суда.

Таким образом, эта группа поправок является попыткой опосредованно внести изменения в ст. 32 и 62 главы 2, которая, наряду с главами 1 и 9 не может быть пересмотрена Федеральным Собранием. Подобное содержание поправок резко противоречит тому, что сказал президент в Послании 15 января: «Поправки, которые нам предстоит обсуждать, не затрагивают фундаментальных основ Конституции, а значит, могут быть утверждены парламентом в рамках действующей процедуры и действующего закона через принятие соответствующих конституционных законов».

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Президент

«В нашем обществе обсуждается конституционное положение о том, что одно и то же лицо не должно занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков подряд. Не считаю, что этот вопрос принципиальный, но согласен с этим»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Часть 3 статьи 81 («Одно и то же лицо не может занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков») применяется к действующему либо бывшему Президенту без учета числа сроков, в течение которых он занимал или занимает эту должность.

Что это значит

Поправка даёт возможность Владимиру Путину остаться в должности Президента еще на два срока до 2036 года.

Узурпация власти!

Согласно так называемой «терешковской поправке», это правило не будет распространяться на действующего либо бывшего президента.

Таким образом, два человека — Владимир Путин и Дмитрий Медведев — получают возможность избираться на пост президента еще дважды, и о сменяемости власти в стране на ближайшие четверть века можно забыть. «Терешковская поправка» идет вразрез также и с одной из задач государственного строительства, определенной Путиным в Послании — «создать систему, обеспечивающую в том числе сменяемость тех, кто находится у власти или занимает высокое положение в других сферах. Такое обновление — неотъемлемое условие для прогрессивной эволюции общества и пусть не безошибочного, но стабильного развития, когда незыблемым остается главное — интересы России». Благодаря «терешковской поправке» мы получим систему, в которой два потенциальных кандидата на президентский пост будут равнее других, в точности по Оруэллу. Кроме того, Конституция — это Основной Закон страны, обязательный для всех ее граждан. И если данная конституционная норма будет действовать выборочно, если ее действие не будет распространяться на всех граждан страны без исключения, это будет нарушением духа Конституции как Основного Закона страны.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Местное самоуправление

«Считаю необходимым закрепить в Конституции принципы единой системы публичной власти, выстроить эффективное взаимодействие между государственными и муниципальными органами. При этом полномочия и реальные возможности местного самоуправления — самого близкого к людям уровня власти — могут и должны быть расширены и укреплены»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Новая часть 3 статьи 132 устанавливает, что «органы местного самоуправления и органы государственной власти входят в единую систему публичной власти в Российской Федерации».

Что это значит

Ликвидация самостоятельности местного самоуправления, гарантированной 1-й главой Конституции.

Нарушение прав граждан!

Эта поправка не даст ни расширения, ни укрепления возможностей местного самоуправления. Наоборот, это означает ликвидацию самостоятельности местного самоуправления, разворот в сторону восстановления системы власти по советскому образцу, а также резкое снижение качества решения местных проблем и вопросов. Во-первых, данная поправка нарушает ст. 12 1-й главы Конституции, являющуюся одной из основ конституционного строя: «Местное самоуправление в пределах своих полномочий самостоятельно. Органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти». Во-вторых, это попытка опосредованно внести изменения в главу 1 Конституции, что запрещено ст. 16 (2): «никакие другие положения настоящей Конституции не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации».

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Губернаторы

«Кардинально повысить роль губернаторов в выработке и принятии решений на федеральном уровне. Вы знаете, в 2000 году по моей инициативе был возрождён Государственный Совет, в работе которого участвуют главы всех регионов […]. Считаю целесообразным закрепить в Конституции России соответствующий статус и роль Государственного Совета»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Поправка включает понятие «Государственный Совет» в текст Основного закона и устанавливает цели деятельности Госсовета.

Что это значит

Никакого повышения роли губернаторов нет, как и усиления Госсовета.

Декларативная поправка

Поправки устанавливают, что Госсовет формируется президентом в целях осуществления (1) обеспечения согласованного функционирования и взаимодействия органов публичной власти, (2) определения основных направлений внутренней и внешней политики Российской Федерации и приоритетных направлений социально-экономического развития государства.

Никакого повышения роли губернаторов на конституционном уровне не произошло, равно как и заметного усиления роли Госсовета в системе федеральных органов власти.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Парламент

«Федеральное Собрание готово взять на себя большую ответственность за формирование Правительства […], это значит, взять на себя и бо́льшую ответственность за ту политику, которую это Правительство проводит […] Предлагаю […] доверить Государственной Думе не просто согласование, а утверждение кандидатуры Председателя Правительства, а затем по его представлению всех вице-премьеров и федеральных министров… это повысит роль и значение парламента страны»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Согласно новой редакции ст. 112, Дума утверждает кандидатов на должности Председателя Правительства, некоторых министров и вице-премьеров, в случае троекратного отклонения кандидатур Президент получает право роспуска Думы.

Что это значит

Никакого повышения роли и значения парламента поправки не несут, наоборот дают президенту дополнительный рычаг воздействия на депутатов.

Узурпация власти!

На усиление роли Парламента это не очень похоже.

Во-первых, после «утверждения» кандидатуры Председателя Правительства его, как и раньше, назначает Президент. А если Дума трижды отклонит представленных кандидатов, глава государства вправе распустить ее и назначить новые выборы. И если раньше Президент был обязан распустить Думу в этом случае, то новые Поправки устанавливают право на роспуск, но не обязанность. Это делает возможность роспуска сильнейшим рычагом воздействия на парламент: ряд депутатов будет соглашаться с предложенной Президентом кандидатурой из боязни лишиться депутатского мандата. К тому же у Президента появляется дополнительное основание для роспуска Думы. Согласно новой редакции ст. 112, Председатель Правительства представляет Думе на утверждение кандидатуры вице-премьеров и федеральных министров (за исключением тех, кого назначает Президент). Если Дума трижды отклонит представленные кандидатуры, и в результате более одной трети должностей членов Правительства (за исключением назначаемых Президентом федеральных министров) остаются вакантными, Президент вправе распустить Госдуму и назначить новые выборы.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Парламент

«Федеральное Собрание готово взять на себя большую ответственность за формирование Правительства […], это значит, взять на себя и бо́льшую ответственность за ту политику, которую это Правительство проводит […] Предлагаю […] доверить Государственной Думе не просто согласование, а утверждение кандидатуры Председателя Правительства, а затем по его представлению всех вице-премьеров и федеральных министров… это повысит роль и значение парламента страны»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Часть 3 статьи 107 устанавливает, что Президент может отправить повторно рассмотренный и одобренный обеими палатами парламента федеральный закон в Конституционный суд, и если КС решит, что закон не соответствует Конституции, Президент возвращает закон в Думу без подписания.

Что это значит

Парламент лишается возможности преодолеть вето президента.

Узурпация власти!

Новая редакция ч.3 ст. 107 устанавливает, что если в течение двух недель Президент отклонит принятый парламентом федеральный закон, а парламент вновь рассмотрит и одобрит этот закон в ранее принятой и не понравившейся президенту редакции, Президент может отправить этот закон в Конституционный суд. И если КС решит, что закон не соответствует Конституции, Президент возвращает закон в Думу без подписания. Таким образом, Президент получает возможность подчинять парламент своей воле с помощью предварительного конституционного контроля, единственным инициатором которого он является. В результате парламент фактически будет лишен возможности преодолеть вето президента. Таким образом, поправки никак не усиливают роль парламента и его палат — скорее, наоборот. Что, в общем, и неудивительно, поскольку, провозгласив в Послании необходимость повышения роли Парламента, Президент затем подчеркнул, что не считает нужным сделать Парламент главным органом государственной власти.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Президент

«Наша страна […] не может нормально развиваться, я скажу больше, просто существовать стабильно в форме парламентской республики. Россия должна оставаться сильной президентской республикой»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Пункт «б» статьи 83 устанавливает, что Президент «осуществляет общее руководство Правительством; вправе председательствовать на заседаниях Правительства РФ», также назначает и снимает с должности ряд высших госчиновников.

.

Что это значит

Поправка значительно усиливает изначально сильные позиции Президента, делая его руководителем исполнительной власти.

Узурпация власти!

Новая редакция пункта «б» ст. 83 устанавливает, что Президент «осуществляет общее руководство Правительством; вправе председательствовать на заседаниях Правительства РФ». Кроме того, Президент будет назначать после ни к чему его не обязывающих консультаций с Советом Федерации Генерального прокурора РФ и его заместителей, прокуроров субъектов РФ, министра Обороны, главу МВД, Министра Юстиции, Министра Иностранных Дел, руководителей силовых структур и других федеральных министров.

Для освобождения их от должности даже консультации с Советом Федерации не понадобятся. Президент вправе отправлять этих министров и прокуроров в отставку единолично, руководствуясь лишь собственным усмотрением. Очень показательно, что, говоря о введении данной процедуры в Послании, Президент заявил, что «такой подход сделает работу силовых, правоохранительных органов более прозрачной и в большей степени подотчетной обществу».

Единоличное назначение и освобождение от должности руководителей силовых и правоохранительных органов никак не повлияет ни на транспарентность, ни на подотчетность обществу. Оно лишь еще больше усилит позиции Президента, причем уже не только в сфере исполнительной власти, но и во власти судебной, ибо аналогичная процедура теперь будет предусмотрена и для судей.

По Конституции Президент не является главой исполнительной власти и не входит в систему разделения властей. А в результате принятия поправок он станет руководить исполнительной властью.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Судьи

«Основной закон должен закреплять и защищать независимость судей, принцип их подчинения только Конституции и федеральному законодательству»… «предусмотреть в Конституции полномочия Совета Федерации по представлению Президента России отрешать от должности судей Конституционного и Верховного судов в случае совершения ими проступков, порочащих честь и достоинство»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Пункт «е — 3» статьи 83 наделяет Президента правом инициировать прекращение полномочий судей Конституционного, Верховного, кассационных и апелляционных судов «в случае совершения ими поступка, порочащего честь и достоинство судьи, а также в иных […] случаях, свидетельствующих о невозможности осуществления судьей своих полномочий».

Что это значит

Поправка нарушает ключевые принципы статуса судей — принцип несменяемости судей и принцип судейской независимости.

Узурпация власти!

Согласно новому пункту «е — 3» ст. 83, президент наделяется правом вносить в Совет Федерации представление о прекращении полномочий Председателей, заместителей Председателя и судей Конституционного Суда и Верховного Суда РФ, а также председателей, заместителей председателей и судей кассационных и апелляционных судов «в случае совершения ими поступка, порочащего честь и достоинство судьи, а также в иных предусмотренных федеральным конституционным законом случаях, свидетельствующих о невозможности осуществления судьей своих полномочий». Поправки не только не усилили и не защитили независимость судей — они разрушили остатки судейской независимости и закрепили это в Конституции. Практика показывает, что поступком, порочащим честь и достоинство судьи, может считаться отказ судьи выполнить неправомерное требование председателя суда или вынести заведомо неправосудное решение. Поправки устанавливают, что решать вопрос о прекращении статуса судьи будут законодатели по представлению Президента без какого-либо участия органов судейского сообщества. В таких условиях выносить решения против законодательной и исполнительной власти будет небезопасно, и редкий судья захочет рисковать своим статусом и благополучием.

Также эта поправка нарушает ключевые принципы статуса судей — принцип несменяемости судей и принцип судейской независимости, ибо основа статуса судьи — это его независимость от других ветвей власти. Президент и так принимает окончательное решение по судейским назначениям. В результате наделения Президента правом инициировать прекращение полномочий судей последние окажутся полностью зависимыми от его воли.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Судьи

Усилить роль Конституционного суда, наделив его «возможностью по запросам Президента проверять конституционность законопроектов, принятых Федеральным Собранием, до их подписания главой государства»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Новая часть 5−1 статьи 125 наделяет Президента правом обращаться в Конституционный суд для проверки законопроектов перед подписанием на соответствие Конституции страны. Новая редакция части 1 статьи 125 устанавливает, что Конституционный суд РФ состоит из 11 судей.

Что это значит

Эта поправка на самом деле делает КС карманным судом при Президенте.

Узурпация власти!

Суть данной функции Конституционного суда — решить судьбу законопроекта, который не нравится Президенту. Инициировать такую проверку может только Президент и никто иной. Если суд пойдет навстречу и признает законопроект неконституционным, законопроект будет отправлен обратно в Думу без подписания. Если же КС рискнет пойти против позиции Президента, Президент может наказать непокорных судей и внести в Совет Федерации представление о прекращении полномочий одного или более судей КС. Предусмотренное в новой редакции статьи 125 Конституции сокращение числа судей КС с 19 до 11 человек также не поспособствует усилению роли Конституционного суда.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Судьи

«Мнение людей, наших граждан, народа как носителя суверенитета и главного источника власти должно быть определяющим. […] Сильную, благополучную, современную Россию мы сможем построить только на основе безусловного уважения к мнению людей, к мнению народа… Величие России неотделимо от достойной жизни каждого гражданина»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Согласно поправке к статье 125, обращение в КС за защитой своих конституционных прав возможно после исчерпания других средств судебной защиты.

Что это значит

Гражданам ограничивают возможности защиты своих конституционных прав и свобод.

Нарушение прав граждан!

Поправки в статью 125 устанавливают новый порядок обращения граждан в КС. Раньше гражданин мог обратиться в КС за защитой своих конституционных прав и свобод уже тогда, когда его дело находилось в производстве суда, теперь это будет возможно лишь тогда, когда будут исчерпаны все национальные средства судебной защиты.

Резко снизится уровень защищенности прав граждан, которые будут годами исчерпывать внутригосударственные средства судебной защиты, и до КС доберутся немногие. А сокращение числа судей КС практически вполовину неизбежно скажется на их загруженности и качестве выносимых решений.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Суверенитет

«Требования международного законодательства и договоров, а также решения международных органов могут действовать на территории России только в той части, в которой они не влекут за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина, не противоречат нашей Конституции»

Послание к Федеральному Cобранию, 15 января 2020 г.

Поправка

Новая часть 5−1 статьи 125 наделяет Конституционный суд правом решать вопрос о возможности исполнения решений межгосударственных органов, иностранных или международных (межгосударственных) судов, иностранных или международных третейских судов (арбитражей), налагающие обязанности на РФ в случае, если это решение противоречит основам публичного правопорядка РФ.

Что это значит

Поправки закрепляют практику игнорирования решений международных и иностранных судов в отношении России.

.

Нарушение прав граждан!

Эта поправка безусловно является реакцией на уже вынесенные решения иностранных судов и перспективу вынесения новых решений против России. С учетом существующего механизма, позволяющего не исполнять решения ЕСПЧ, перспективы защиты конституционных прав и свобод российских граждан выглядят весьма печально. Кроме того, данное закрепление на конституционном уровне возможности не исполнять решения перечисленных выше органов, ссылаясь на «публичный порядок», который является категорией международного частного права, а не конституционного права, ставит под удар примат международного права, закрепленный в главе 1 «Основы конституционного строя» Конституции РФ.

Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в telegram

Таким образом, поправки не только поспособствовали дальнейшему усилению власти Президента — они изменили конституционный дизайн и изначальную форму правления. Полупрезидентская республика, в которой Президент не является главой исполнительной власти, обрела черты президентской республики, при этом сохраняется возможность роспуска Президентом Государственной Думы. В результате вместо анонсированного в послании «обеспечения большего баланса между ветвями власти» изначальный дисбаланс между президентской властью и другими ветвями власти станет еще более сильным.

Если поправки вступят в силу, мы получим государство, в котором:

  • Президент может продавливать свои кандидатуры в Правительство, манипулируя правом распустить нижнюю палату парламента.
  • Парламент будет фактически лишен возможности преодолеть вето Президента.
  • Президент сможет проводить сомнительные законы, получив подтверждение их конституционности от фактически ручного Конституционного суда. Граждане и иные заявители будут лишены возможности оспаривать конституционность этих законов в дальнейшем.
  • Обладая огромными полномочиями в качестве главы государства, Президент станет также осуществлять и общее руководство правительством. Он будет единолично назначать ряд ключевых министров, включая силовиков, после формальных консультаций с Советом Федерации, и увольнять их по собственному усмотрению.
  • Президент получит возможность фактически единолично решать вопрос о назначении и освобождении от должности руководства Генеральной Прокуратуры, Конституционного и Верховного судов РФ, председателей, заместителей председателей и судей кассационных и апелляционных судов.
  • Гражданам станет намного сложнее добиться защиты своих конституционных прав и свобод в Конституционном суде.
  • Будучи включенным в единую систему публичной власти, местное самоуправление утратит свой смысл и предназначение.
  • В части социальных гарантий для граждан ничего не изменится, зато появится новая конституционная обязанность совершеннолетних детей заботиться о родителях. И это не забота о людях, это перераспределение ответственности. Тем самым, государство слагает с себя часть ответственности за своих пожилых граждан и перекладывает ее на плечи детей.

Другие ветви власти фактически лишены возможности воздействовать на Президента. Госдума может выдвинуть против президента обвинение в совершении государственной измены или иного тяжкого преступления, которое должно быть подтверждено (1) заключением Верховного Суда РФ о наличии в действиях Президента признаков преступления и (2) заключением Конституционного Суда РФ о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения. Шансы выдвинуть такое обвинение практически равны нулю. Во-первых, решение Думы о выдвижении обвинения должно быть принято двумя третями голосов от общего числа депутатов Думы. В истории России было три попытки импичмента (две в 1993 году по предыдущей Конституции РСФСР 1978 г. и одна в 1999 году), и требуемое число голосов собрать ни разу не удалось. Во-вторых, с учетом нового полномочия Президента инициировать прекращение полномочий судей Верховного и Конституционного судов, а также председателей и их заместителей, судьи ВС и КС РФ десять раз подумают прежде, чем давать такие заключения — они могут поплатиться за это своими должностями.

Столь многочисленных и столь ненужных и разрушительных изменений, затрагивающих все ветви власти, Конституция России до 2020 года не видела. Гражданам России предлагается одобрить огромное количество поправок, которые не только не улучшат, а, наоборот, ухудшат их жизнь.

Голосование — обман

Общероссийское голосование по одобрению поправок — декорация. Его единственный смысл — дать людям ощущение сопричастности и легитимизировать процесс в их глазах.

По своему значению и роли это голосование больше напоминает большой митинг, куда устремляются люди с яркими плакатами за все хорошее и против всего плохого. Власть декларирует стремление защищать то, что людям дорого: память предков, русский язык, природные богатства и семейные ценности. Но разницу между лозунгами агитплакатов и действительностью увидеть легко — достаточно сравнить то, что реально делает власть, с ее обещаниями.

Екатерина Мишина рассказывает, как появилось «общероссийское голосование» и почему его нельзя считать процедурой настоящего волеизъявления граждан.

«Граждане не имеют возможности выразить свое отношение к содержанию поправок. Это абсолютное неуважение власти к волеизъявлению электората».
Екатерина Мишина
кандидат юридических наук, советник юстиции I класса, независимый эксперт по конституционному праву, приглашенный профессор Мичиганского Университета в 2012—2016 гг.

Президент Путин 14 февраля 2020 года издал Распоряжение № 32-РП, в котором поручил органам государственной власти, органам местного самоуправления, иным государственным органам и организациям подготовиться к «проведению общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию».

До этого дня об «общероссийском голосовании» никто из юристов не слышал, и ни в одном нормативно-правовом акте оно не упоминалось. А Конституционный суд в своем заключении от 16 марта написал, что общероссийское голосование имеет «особую юридическую природу» и признал, что оно было придумано специально для легитимации конституционной поправки. Без внимания был оставлен тот факт, что формулировка «общероссийское голосование по одобрению изменений в Конституцию» очевидным образом заранее ориентирует избирателя, как именно ему следует голосовать — только «за».

Термин «общероссийское» тоже очень важен: авторитарные режимы любят массовые акции по одобрению и поддержке действий власти. В своем Послании от 15 января президент говорил, что «Всё в конечном счёте решают люди и сегодня, и в будущем, и в выборе стратегии развития страны, и в повседневных вопросах жизни в каждом регионе, городе, посёлке. Сильную, благополучную, современную Россию мы сможем построить только на основе безусловного уважения к мнению людей, к мнению народа».

В данном случае мнение народа — это бутафория, прикрывающая использование «общероссийского голосования», изобретенного специально для одобрения поправок к Конституции. Цель этой бутафории примерно такая же, как у пускания разноцветного дыма на рок-концерте — чтоб красиво было и одновременно с тем не очень видно, что, собственно, происходит.

«Общероссийское голосование» не будет отражать волю народа даже в том случае, если за поправки проголосует большинство. В бюллетене для общероссийского голосования всего один вопрос: «Вы одобряете изменения в Конституцию РФ?». Такая формулировка уже свидетельствует о профанации. Граждане не имеют возможности высказаться отдельно по каждой из поправок, им предлагается одобрить все в едином пакете, что может привести к одобрению текста, который только в определенной мере отражает волю избирателей, просто выбирающих «наименьшее зло». Поправки к Конституции представляют собой объемный правовой документ, написанный сложным языком. Глубокое понимание смысла этого документа требует не только высокой правовой культуры, но и наличия определенного уровня юридической грамотности.

«Общероссийское голосование» в данном случае — это эквивалент референдума, просто называется по-другому. Эксперты по сравнительному конституционному праву отмечают, что реакционные режимы нередко прибегают к референдумам, поскольку именно набор методов и способов проведения референдума, формулирование предмета референдума позволяют манипулировать общественным мнением, соблюдая при этом внешнюю демократичность. Но проведение голосования по конституционным поправкам, при котором гражданам предлагается ответить на один-единственный вопрос — это имитация демократии. Проведение референдума разумно только тогда, когда ответ однозначен и предмет ясен для понимания.

Назначенное на 01 июля «общероссийское голосование по вопросу одобрения изменений в Конституцию» организовано таким образом, что граждане не имеют возможности выразить свое отношение к содержанию поправок. Это абсолютное неуважение власти к волеизъявлению электората. Истинная цель «общероссийского голосования» — легитимировать нужные президенту конституционные преобразования, а не получить мнение граждан России.

План Путина был таков: 15 января объявить, быстро провести поправки через парламент, 22 апреля заручиться поддержкой народа и 9 мая отметить свой триумф на военном параде в честь 75-летия победы. Но коронавирус поставил планы Путина под угрозу срыва. Большинство регионов России еще только подошли к пику эпидемии, заболеваемость и смертность растёт, мест в больниц не хватает. Однако Путин назначает «голосование» на 1 июля. Политолог Александр Кынев объясняет логику Кремля.

«Проводить недореферендум вместе с региональными выборами в начале сентября опасно».
Александр Кынев
политолог

Назначение голосования по изменению Конституции на 1 июля по еще более скандальной, чем изначально планировалось, процедуре, стало вынужденным компромиссом власти и следствием двух причин.

Первая причина — стремление провести голосование как можно быстрее, пока социально-экономическая ситуация не ухудшилась еще больше, а протестная активность ограничена карантинными ограничениями на проведение публичных акций.

Очевидно, что впереди нас ждёт массовое разорение предпринимателей, которое почти неизбежно повлечёт невыплаты по кредитам, проблемы банков и далее по цепочке. Кризис, изначально спровоцированный пандемией коронавируса и глобальными экономическими проблемами, дополнительно усугубленный неадекватными действиями власти, не дает в ощутимой перспективе шансов на улучшение социально-экономической ситуации и рост позитивных ожиданий у граждан. Даже те отрывочные данные социологии, которые уже публикуются, говорят о том, что рейтинги власти неуклонно снижаются.

0 %
ноябрь 2017
0 %
май 2020

Так, по данным «Левада-центра», доверие Владимиру Путину снизилось с 59% в ноябре 2017 г. до 25% в мае 2020 г.

Ранее лучшей датой голосования считалось 12 или 24 июня, так как в июле-августе выборы почти никогда в России не проводились из-за опасений низкой явки. Многие граждане даже в условиях ограничений передвижения уедут из города, а рисовать в июле высокую явку слишком неправдоподобно, и это явно вызовет массу обвинений в фальсификациях.

Проводить недореферендум вместе с региональными выборами в начале сентября опасно, так как там совсем другие процедуры и возможности контроля (например, другие правила досрочного голосования, присутствие наблюдателей от партий и кандидатов). Это означает уменьшение возможности накруток: фальсифицировать будет тяжелее и опаснее.

Перенос на еще более поздний срок опасен как из-за риска еще большего роста протестных настроений, так и из-за окончательной девальвации самого голосования, поскольку у граждан логично возникнет вопрос, нужно ли вообще голосование, про которое им не напоминали полгода («если оно так нужно, почему оно было не нужно все прежние месяцы?»).

Вторая причина появления данной даты — особые полномочия губернаторов, в первую очередь мэра Москвы Сергея Собянина, которым сам федеральный центр ранее дал право устанавливать срок окончания карантинных ограничений. У губернаторов своя логика: наворотив массу бессмысленных и вредных запретов, они вынуждены тянуть с их снятием, чтобы отложить и вопрос о своей ответственности.

Запугивание населения эпидемией и ограничения передвижения делают очевидно невозможным какое-либо голосование, так как даже с точки зрения самой простой логики нельзя одновременно убеждать людей в опасности внешних контактов и призывать их идти голосовать. Важно понимать, что самый чувствительный к телевизионной пропаганде избиратель — по определению конформист, а именно конформисты — одна из основ провластного электората. Именно Сергею Собянину и его амбициям центр должен сказать спасибо за невозможность провести голосование 12 июня или 24 июня.

Июль, как уже отмечено, уже не очень хорошая дата, но остальные оказываются еще хуже — пытаясь все провести побыстрее и по нелегитимной процедуре в феврале-марте, власть сама себе загнала в ситуацию, когда из-за претензий к правовой легитимности процесса возникла потребность укрепить ее видимостью общественной легитимности. Теперь из-за эпидемии и непродуманности принятых решений власть сама себя загнала во временную ловушку.

Поскольку по задумке Путина голосование является чистой формальностью — формой массового мероприятия по одобрению продления его полномочий, была придумана такая процедура, которая в любом случае позволит обеспечить нужный результат. Многие люди просто откажутся в ней участвовать, а подневольные пойдут по приказу, непосвященные — добровольно, поверив лозунгам с плакатов. Голосование невозможно будет проконтролировать, а результат — оспорить. Высокая доля активно голосующих против может увеличить вероятность скандала, хотя голоса могут быть просто переписаны.

Рассказываем о том, как устроена процедура голосования и как она обеспечит нужный результат.

Процедура проведения Общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации

Процедура, детально описанная ниже, противоречит международным стандартам проведения голосования, подробнее в докладе движения «Голос».
  1. ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ КОМИССИИ, участвующие в подготовке и проведении ОГ (п. 2.1):
  • Центральная избирательная комиссия РФ (ЦИК РФ);
  • избирательные комиссии субъектов РФ (ИКС РФ);
  • территориальные избирательные комиссии (ТИКи) либо исполняющие их обязанности ИК муниципальных образований;
  • участковые избирательные комиссии (УИКи).

  1. УЧАСТКИ ДЛЯ ГОЛОСОВАНИЯ:

1) участки, сформированные для проведения выборов («обычные» участки; п. 1.5);

2) дополнительные участки. Образуются по решению ТИК по согласованию с ИКС РФ не позднее 4 июня, в исключительных случаях — не позднее 27 июня (п. 4.1):

  • участки в местах временного пребывания (больницы, санатории, дома отдыха, предприятия с непрерывным циклом работы, вокзалы, аэропорты, СИЗО);
  • участки на судах, полярных станциях, в труднодоступных или отдалённых местностях;
  • участки в воинских частях;

3) участки за пределами Российской Федерации. Образуются руководителями дипломатических представительств или консульских учреждений (п. 4.2).

  1. СПИСКИ УЧАСТНИКОВ ГОЛОСОВАНИЯ составляются по тем же правилам, что и на выборах в Государственную Думу (п.п. 5.3−5.5):
  • участники голосования включаются в список по месту регистрации на территории избирательного участка;
  • военнослужащие, проживающие на территории воинских частей, — по месту регистрации на территории части;
  • участники голосования за рубежом — по письменному или устному заявлению в ИК.

Списки участников голосования составляются не позднее 24 июня — дальше они могут дополняться на УИКах по заявлениям избирателей. В отличие от выборов, паспортные данные участников ОГ вносятся в списки при их составлении, а не вписываются членом комиссии вручную при выдаче бюллетеня (п. 2.1.1 Инструкции по составлению, уточнению и использованию списков участников общероссийского голосования). Также в отличие от выборов, список составляется в одном экземпляре — без машиночитаемой копии (п. 2.1.2 Инструкции по составлению списков).

Порядок смены участка для тех, кто в день ОГ будет находиться вне места жительства (голосование по месту нахождения), в целом, идентичен «Мобильному избирателю» на выборах в Государственную Думу: заявления подаются через Портал Госуслуг и МФЦ либо напрямую в ТИК — с 5 июня до 14 часов 21 июня, а также напрямую в УИК — с 16 июня до 14 часов 21 июня (п. 2.3.5 Инструкции о составлению списков).

Исключение из списка также предусмотрено для участников дистанционного электронного голосования (см. далее).

(Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)

Есть только положения об информировании граждан избирательными комиссиями. С одной стороны, это отход от обычно применяемых на выборах положениях, предполагающих, в т. ч., возможность предоставления бесплатных печатной площади и эфирного времени. С другой стороны, никакие ограничения, установленные для агитации, не применяются, как не должны применяться и нормы об ответственности за нарушения при ведении агитации. (Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)
  1. В день голосования:

а) в помещении для голосования — в стационарные ящики (раздел 8). Проводится с 8 до 20 часов. Процедура повторяет голосование на избирательном участке в день голосования на обычных выборах. Дополнительно введена оговорка о возможности установления санитарного дистанцирования, но его порядок не прописан. Могут использоваться КОИБы;

б) вне помещения для голосования — в переносные ящики (раздел 9). Может проводиться как в день голосования, так и до него, с 25 по 30 июня (о досрочном голосовании подробнее далее). В отличие от обычных выборов, основание для подачи заявления на такое голосование может быть любое. Заявления принимаются с 17 июня до 17 часов 1 июля. Процедура повторяет «надомное» голосование на выборах:

подача заявления с просьбой о голосовании вне помещения;

фиксация заявления в реестре;

отправка «выездной группы» (минимум два члена комиссии с правом решающего голоса (ПРГ) либо один ПРГ и два наблюдателя) с частью заявлений из реестра и ограниченным числом бюллетеней («запас» не более 5% от числа заявлений, по которым отправляется группа, но не менее 2 бюллетеней);

выдача бюллетеня под роспись на заявлении о надомном голосовании.

  1. Досрочно:

а) в помещении для голосования — с 25 по 30 июня (п. 10.5). График работы УИК устанавливает ТИК по согласованию с ИКС РФ. Голосование проводится в общем порядке в стационарный ящик. В конце каждого дня ящик опечатывается (п. 10.7). Вместо стационарного ящика может использоваться сейф-пакет — каждый день должен использоваться новый пакет (п. 10.8). Судя по буквальному прочтению Порядка ОГ, при данном голосовании также могут использоваться КОИБы;

б) на придомовых территориях, на территориях общего пользования и в иных пригодных для оборудования местах — для отдельных групп участников с 25 по 30 июня (п. 10.6). График работы таких площадок определяет ИКС РФ или по её поручению ТИК, но он не должен пересекаться с графиком из пункта «а» (досрочное голосование в помещении). Голосование проводится в переносные ящики. В конце каждого дня ящики опечатываются (п. 10.7);

в) вне помещения для голосования («надомное») — с 25 по 30 июня (п. 9.2). Голосование проводится по тем же правилам, что и надомное в день голосования, в переносные ящики. В конце каждого дня ящики опечатываются (п. 10.7);

г) для отдельных групп участников, проживающих в местах, где отсутствуют помещения для голосования и с которыми затруднено транспортное сообщение — по решение ИКС РФ с 25 по 30 июня (п. 10.6). Голосование проводится в переносные ящики. В конце каждого дня ящики опечатываются (п. 10.7);

д) на целых участках, образованных на судах, полярных станциях, в труднодоступных или отдалённых местностях — по решению ИКС РФ и не раньше 10 июня (п. 10.1). Голосование происходит в общем порядке в стационарные ящики, подсчет голосов происходит сразу после окончания голосования, но данные не публикуются до общего подсчёта;

е) для отдельных групп участников, находящихся в значительно удалённых от помещения для голосования местах, транспортное сообщение с которыми затруднено — по решению ИКС РФ и не раньше 10 июня (п. 10.2). Голосование проводится в переносные ящики в течение нескольких дней. В конце каждого дня ящики опечатываются (п. 10.7);

ж) на участках за рубежом — по решению ТИК зарубежных участков и не раньше 15 июня. Может проводиться для целых участков в общем порядке в стационарные ящики (п. 10.3) — в этом случае голосование проводится в один день. Либо может проводиться для отдельных групп участников в переносные ящики (п. 10.4) — в течение нескольких дней, в конце каждого дня ящики опечатываются (п. 10.7).

Вместо переносных ящиков при голосовании в течении нескольких дней могут использоваться сейф-пакеты — каждый день должен использоваться новый пакет (п. 10.8).

Примечание для голосования офлайн: В отличие от выборов, допускается голосование по паспорту гражданина СССР образца 1974 г., если в нём есть подтверждение гражданства РФ (на форзаце или в виде вкладыша) или штамп о регистрации на территории РФ по состоянию на 6.02.1992 г.

(Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)

Дистанционное электронное голосование (ДЭГ)

Решение о проведении ДЭГ принимается ЦИК по предложению главы субъекта Федерации. Для проведения голосования ЦИК формирует специальный ТИК ДЭГ (хотя такое полномочие является спорным с точки зрения законодательства о выборах) (п. 8.15).

2 июня ЦИК приняла за основу проект Положения о ДЭГ, но он ещё не утверждён. Далее процедура описана по этому проекту.

Для голосования необходима регистрация на Едином портале госуслуг или Портале госуслуг Москвы (для жителей Москвы).

Заявление на ДЭГ подаётся в срок не ранее 5 июня и не позднее 14 часов 21 июня — в этот же срок оно может быть отозвано. Данные поступивших на Порталы заявлений передаются в ТИК ДЭГ на CD в опечатанном конверте. Не позднее 18 часов 22 июня формируется окончательный список участников ДЭГ — эти лица исключаются из списков участников голосования на своих участках по месту жительства. В тот же срок, 22 июня, формируются ключи шифрования и расшифрования, ключ расшифрования разделяется.

ДЭГ проводится с 14 часов 25 июня до 20 часов 30 июня (время московское) на сайте 2020og.ru. Аутентификация по аккаунтам на Едином портале госуслуг или Портале госуслуг Москвы. Для доступа к бюллетеню дополнительно вводится код подтверждения, получаемый по СМС. Ограничения времени доступа к полученному бюллетеню нет — он должен быть доступен до 20 часов 30 июня. Изменить сделанный выбор нельзя. Голос шифруется через блокчейн.

При подаче заявления на ДЭГ проголосовать на обычном участке можно только при условии подтверждения, что участник не проголосовал электронно. Проверка проводится через специальный сервис или вышестоящую комиссию.

Подсчёт голосов производится 1 июля после 20 часов.

(Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)

А. Наблюдатели.

Помимо порядка назначения, определяемого Общественной палатой РФ, статус наблюдателя почти идентичен ФЗ-67. Исключений несколько.

1) Порядок ОГ не предусматривает права наблюдателя:

—  присутствовать при повторном подсчете голосов — вместо этого наблюдатель может только присутствовать при составлении повторного протокола;

—  обжаловать действия (бездействия) комиссии в вышестоящую комиссию или суд;

2) Порядок ОГ дополнительно предусматривает права наблюдателя

—  знакомиться с актами о голосовании вне помещения и досрочном голосовании получать их копии;

—  находиться в помещении ТИК или иной комиссии при установлении итогов голосования — строго формально, это даёт любому наблюдателю право находиться в любой вышестоящей комиссии.

Б. Представитель СМИ.

Для получения статуса необходима аккредитация в ЦИК или ИКС РФ. Заявка на аккредитацию подаётся главным редактором СМИ. Заявки в ЦИК принимаются до 20 июня, в ИКС РФ — до 27 июня. Аккредитация в МИД приравнивается к аккредитации ЦИК.

Представитель СМИ для получения аккредитации должен работать в редакции на основании трудового или гражданско-правового договора не менее 2 месяцев до опубликования Указа о назначении даты общероссийского голосования — считается мартовский Указ, соответственно, срок начала работы в редакции — не позднее 17 января.

Права представителя СМИ повторяют те, что предоставлены ему ФЗ-67 (кроме освещения агитационных мероприятий — ввиду отсутствия таковых).

Видеонаблюдение может осуществляться по решению ИКС РФ и в установленном ею порядке. При этом, если решение о видеонаблюдении будет принято, порядок его проведения должен устанавливаться «исходя из общих подходов», определённых для видеонаблюдения на выборах в Государственную Думу.

Также ЦИК и ИКС РФ ежедневно публикуют данные о досрочном голосовании (в т.ч. вне помещения).

(Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)

Процедура повторяет подсчёт голосов на выборах (раздел 11):

1) погашение неиспользованных бюллетеней;

2) работа со списками избирателей;

3) вскрытие переносных ящиков и сейф-пакетов (и стационарного ящика, использованного для досрочного голосования в помещении) и количественный подсчёт бюллетеней в них. При этом действует общее правило, что если в таком ящике или сейф-пакете окажется хоть на один бюллетень больше, чем должно быть по актам о досрочном и «надомном» голосовании, все бюллетени в таком ящике/сейф-пакете подлежат признанию недействительными;

4) вскрытие стационарных ящиков

5) сортировка бюллетеней по голосам с оглашением каждого голоса

6) подсчет голосов «Да» и «Нет»;

7) проверка контрольных соотношений.

Протокол об итогах голосования содержит только 6 строк. Тем не менее, данные по досрочному голосованию подсчитываются в списках участников голосования.

После составления протокола проводится итоговое заседание с рассмотрением обращений о нарушениях и выдача копий протокола наблюдателям и представителям СМИ. После чего протокол с бюллетенями отправляются в вышестоящую комиссию. Допускается передача данных с УИКов в ТИКи по «техническим каналам связи» (п. 11.19).

Не позднее 1 дня после дня голосования в ТИКе составляется свой протокол и сводная таблица с итогами голосования, которые передаются в ИКС РФ. ИКС РФ также обязана определить итоги голосования не позднее 1 дня после дня голосования и передать данные в ЦИК. ЦИК определяет общие итоги и результат голосования не позднее 5 дней после дня голосования. Передача данных между комиссиями идёт через ГАС «Выборы».

Изменения в Конституцию считаются одобренными, если за них проголосовало более половины граждан, принявших участие в голосовании. Число принявших участие считается по числу бюллетеней в ящиках для голосования (п. 12.12). Т. е. результат определяется от общего числа бюллетеней в ящиках. Вынесенные бюллетени в подсчёте не учитываются. Недействительные бюллетени (нет отметок либо отметки в обоих квадратах) должны учитываться.

(Согласно Порядку общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации, утв. Постановлением ЦИК РФ от 20.03.2020 № 244/1804−7, в ред. Постановления ЦИК РФ от 02.06.2020 № 250/1840−7)

Как процедура голосования по поправкам к Конституции поможет обеспечить нужный результат

Избиратель вводится в заблуждение

Избиратель голосует по всему пакету правок без возможности поддержать их по отдельности

Такая форма противоречит Федеральному закону о порядке внесения поправок к Конституции и не гарантирует свободного волеизъявления. Если избиратель голосует за социальные гарантии государства, он автоматически соглашается с обнулением президентских сроков.

Агитация «за» и «против» не предусмотрена

Нет общественного обсуждения поправок, избиратель не понимает, за что голосует, и не может принять взвешенное решение.

ЦИК призывает поддержать поправки под видом информирования о голосовании

Избиратель видит только одобрение предложенных изменений в виде ярких плакатов и видеороликов, не получает всесторонней информации и не может принять взвешенное решение.

Процесс голосования и подсчета неподконтролен

Голосование продлится семь дней

Растянутое по времени голосование затрудняет контроль и даёт возможность вброса или подмены бюллетеней, например, в ночное время.

По результатам голосования обнародуют только общие цифры

Невозможно будет проверить, сколько человек проголосовало в помещении, на дому или досрочно — так труднее вычислить фальсификации.

Наличие уличных участков вне помещения для голосования

Их размещение никак не регламентировано — это затруднит наблюдение и даст возможность вброса бюллетеней.

Не будет независимых наблюдателей

Наблюдателей на участки сможет направлять только Общественная палата, которая не является независимым общественным институтом.

Эпидемия служит оправданием ухода от прозрачности

Участки в течение дня будут закрываться на «технические перерывы» на проветривание и уборку

Бюллетени останутся под присмотром только председателя комиссии — это даст возможность вброса или подмены бюллетеней.

Паспортные данные граждан будут заранее впечатаны в списки избирателей

Своей рукой избиратель ставит только подпись, а паспорт показывает с соблюдением социальной дистанции — это возможность для манипуляций.

Наблюдателя могут отстранить под предлогом соблюдения социальной дистанции

Требование соблюдать дистанцию 1,5 метра может быть применено избирательно в том случае, если наблюдатель проявляет активность, которая неудобна комиссии.

Какой бы искусственной ни была процедура голосования, скандалы всегда мешают, поэтому власть делает ставку на регионы, которые могут проголосовать не только правильно, но и тихо. Политолог Александр Кынев, специалист по региональным выборам, объясняет, как устроена электоральная Россия, нужна ли власти реальная явка избирателей и в каких регионах.

«Организаторам процедуры не до легитимности. Им важно побыстрее отмучиться, и репутация их не волнует, они просто осваивают бюджеты».
Александр Кынев
политолог

Перед властью встал вопрос, как в ситуации падающего рейтинга и продолжающейся эпидемии избежать обвинений, что власть не ценит здоровье граждан, и при этом обеспечить хоть какую-то приличную и хотя бы немного достоверную явку (план в 70% в июле будет слишком нереальным, но для солидности видимости народной поддержки нужно больше половины, отсюда, видимо, и рождаются утечки в план 55% явки).

Очевидным ответом становится попытка придумать процедуру, призванную, с одной стороны, максимально упростить накрутку результатов и снизить возможности контроля над голосованием и подсчетом, а с другой стороны, отвергнуть обвинения в том, что власть рискует здоровьем граждан, включая самих членов избирательных комиссий.

Отсюда возникает комплекс решений об избирательных процедурах: о недельном голосовании, недопуске независимых наблюдателей, отказе публиковать детализированные результаты подсчёта, неограниченном надомном голосовании, уличных участках. Описание отдельных процедур выглядит не то что комично, а даже сюрреалистически. Например, голосование на дому. Член комиссии в защитном костюме дезинфицирует ручку двери, звонок, ставит близко к двери ящик для голосования, на ручку двери вешает пакет, в котором бюллетень, квиток с паспортными данными, где избиратель должен расписаться, маска, перчатки, антисептическая салфетка и буклет с разъяснениями. Позвонив в дверь, члены комиссии отходят на расстояние (которое, по словам Памфиловой, «в каждом конкретном случае может быть разным»), гражданин, не пересекая порог квартиры, издалека показывает паспорт, забирает пакетик в квартиру, где должен открыть пакет, надеть маску, перчатки, обработать руки дезинфицирующим средством, затем проголосовать, расписаться в заявлении, не снимая маску и перчатки, открыть дверь, опустить бюллетень в ящик для голосования, а заявление — в боковой карман на ящике для голосования. Именно такую процедуру публично описала Элла Памфилова.

Очевидно, что такое голосование — фактически без проверки документов, без присутствия независимых наблюдателей, которое можно представить разве что в удаленных районах южной Сахары или в племенах экваториальной Африки — не вписывается ни в какие избирательные стандарты, не может быть признано легитимным по определению. Но похоже, организаторам процедуры не до легитимности, им важно побыстрее отмучиться, и репутация результатов их не волнует. Самим организаторам-исполнителям вообще не до репутации — они просто осваивают бюджеты.

Данная процедура очевидно находится в противоречии с международными избирательными стандартами, содержащимися в подписанных и ратифицированных РФ международных правовых актах (начиная от Всеобщей декларации прав человека и заканчивая договорами и конвенциями, принятыми в рамках ОБСЕ и СНГ). Движение «Голос» в своем докладе отметило, что признанное 16 марта 2020 года Конституционным Судом России общероссийское голосование по поправкам в качестве формы непосредственного народного волеизъявления в действительности не является чем-то уникальным — это лишь один из актов прямой демократии, который в международном праве признается референдумом.

Это означает, что должен действовать принцип обеспечения равенства прав сторонников и противников принятия поправок. Для этого необходимо разграничение информирования и агитации, создание четких правил и ограничений для ведения и финансирования кампании, чего для данного голосования вообще не предусмотрено. Противники поправок лишены по принятым правилам возможности вести законную агитацию, выпускать и распространять агитационную продукцию.

Международными стандартами значимое место отводится также электоральному контролю, который осуществляют национальные и международные наблюдатели. Данный контроль должен распространяться не только на день голосования (в т.ч. подсчет голосов), но включать в себя всю кампанию; давать наблюдателям возможность посещать любые места и помещения, где проходят операции, связанные с голосованием. Однако на данном голосовании фактически вообще не будет независимых наблюдателей, направлять их смогут только назначенные самой властью общественные палаты. То есть власть будет контролировать сама себя.

Скорее всего, объявленный план в 55% явки при 60% за одобрение Конституции может быть реализован только путем максимальной явки в т.н. «аномальных» регионах, то есть регионах традиционных фальсификаций, где в итоге крайне завышенной является и явка, и результат за кандидатов власти.

Всего в РФ около 110 миллионов избирателей в 89 регионах. Аномальными — с традиционно высоким уровнем фальсификаций, как явки, так и волеизъявления, могут считаться регионы с общим числом около 31 млн избирателей — это 28,3% избирателей страны.

Явка в 55% по стране — это примерно 60,5 млн избирателей. 60% голосов в поддержку поправок — это примерно 36,3 млн. Гипотетическая явка в аномальной зоне в 80% при 80% голосов за поправки даст явку в 24,8 млн избирателей и 19,8 млн голосов за поправки. При средней явке в этой зоне 90% это уже 28 млн. явки и 25 млн. за поправки. Таким образом, во всех иных регионах из 79 миллионов нужна явка от 32,5 до 35,7 миллионов, то есть от 41% до 45%. При этом внутри многих регионов есть «внутренние аномальные» зоны — при относительно нормальном голосовании в столице региона, как правило, махинации происходят на внутрирегиональной периферии. И эти 41−45% тоже можно обеспечить в первую очередь за счет внутрирегиональной периферии, что обычно и делается. Если не ставится задача получения явки выше 55% по стране, это означает, что высокая явка в крупных городах не просто не нужна, но и нежелательна. Не стоит забывать, что именно города, где и так наиболее сильны протестные настроения и независимые общественные структуры, в наибольшей степени пострадали от выбранных властями методов борьбы с эпидемией коронавируса. Именно в них наиболее высока доля сервисной экономики, малого и среднего бизнеса.

В условиях явного роста протестных настроений власть возвращается к тактике выборов в России после 2012 года: выигрыше за счет максимизации влияния аномальных регионов при сознательном снижении явки независимых избирателей иных регионов. И валить явку власть умеет по-разному: от срыва кампаний электоральной мобилизации и заведомо грязных технологий агитации, вызывающих отвращение к выборам, до сознательного привлечения информационного внимания к кампаниям сторонников бойкота.

Проще говоря, чем меньше будет явка в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и других местах с независимым избирателем и электоральным контролем, тем лучше будут общероссийские результаты для власти.

Так, в 2016 году за счет рекордных диспропорций по явке различных регионов 13 названных выше наиболее аномальных регионов, обладая лишь 12,9% избирателей страны, дали 21,8% всех поданных по России бюллетеней и 30,6% всех голосов за «Единую Россию».

30% всех голосов за Единую Россию в 2016 году обеспечили регионы, где проживает лишь 13% населения страны

Так как в аномальных регионах явка и так на пределе, то взять там новых избирателей власти фактически неоткуда. Явка фактически может повышаться только там, где сильны протестные настроения. Если же противникам изменения Конституции или просто тем, кто хотел бы превратить голосование 1 июля в фактический референдум о недоверии Путину, удастся существенно повысить явку в конкурентных регионах, они автоматически снизят и общероссийский процент за поправки к Конституции.

Даже при столь неадекватной процедуре голосования уровень электоральных искажений все равно отличается и имеет существенные ограничения: во многих избирательных комиссиях присутствуют представители оппозиции и просто независимые граждане, случайные свидетели. Риски утечек данных о подтасовках усиливаются протестными настроениями (члены комиссий — такие же граждане, опасающиеся за свое здоровье и недовольные действиями властей). Не исключено, что и некоторые губернаторы не сильно заинтересованы помогать федеральному центру. Аномалии неизбежно вылезут при математическом анализе результатов голосований.

Однако, делегитимизация голосования скандальной процедурой оказывается для власти предпочтительнее, чем проигрыш на недореферендуме. Впрочем, если даже на этом фоне не удастся добиться нужного результата, то это будет для Кремля просто политической катастрофой.

Из этой ситуации власть вынуждена выйти ослабленной и дискредитированной, но иной вариант — полная публичная капитуляция без боя — оказывается еще хуже. Сомнительно, что в таких условиях речь идет о реальном продлении нынешнего политического режима до 2036 года. В этом смысле конституционная реформа уже умерла, и само голосование 1 июля в реальности уже не про Конституцию, а про попытку власти сохранить влияние хоть на какой-то период. Именно поэтому настолько важно тем, кого не устраивает нынешняя ситуация, прийти на участки и проголосовать против.

А как же электронное голосование? В западных странах оно было задумано как альтернатива устаревшим технологиям ручного голосования и подсчета, но до сих пор оно мало где используется. А в руках российских электоральных технологов эта инновация стала просто еще одним инструментом фальсификаций. Самый громкий скандал произошёл прошлым летом, когда кандидат в Московскую городскую думу Роман Юнеман лишился заслуженной победы на выборах из-за аномального электронного голосования. Борясь за свою победу в суде, он подробно изучил особенности этой технологии и даже выпустил доклад. По нашей просьбе Роман кратко описал, в чем опасность электронного голосования и как оно повлияет на одобрение путинских поправок в Конституцию.

«Главная цель электронного голосования — придать новые силы увядающему админресурсу в крупных городах».
Роман Юнеман​
политик, экс-кандидат в депутаты Московской городской думы, автор доклада «Электронное голосование. Риски и уязвимости»​

Дистанционное электронное голосование (ДЭГ) в России впервые было применено на выборах в Московскую городскую Думу в сентябре 2019 года в трёх избирательных округах. Это был эксперимент, который изначально проводился, чтобы показать технологический прогресс московской администрации. Этим было обусловлено и его поспешное внедрение — от идеи до реализации прошло примерно полгода, — и технологическая платформа: «первое в мире голосование с использованием технологий блокчейна» (который на деле оказался, скорее, декорацией).

Несмотря на сбои в день голосовании и последовавшие судебные разбирательства, эксперимент был признан мэрией успешным. В первую очередь потому, что он показал свою эффективность в мобилизации «бюджетников» для голосования за кандидата от исполнительной власти — от 50 до 80% голосовавших были сотрудниками бюджетных учреждений. Так как сотрудники бюджетных учреждений были уверены, что начальство знает о судьбе их голоса, то они голосовали так, как от них ожидалось. Это привело к тому, что при электронном голосовании результаты кандидатов от мэрии Москвы были в среднем в полтора-два раза выше, чем при обычном голосовании на физических участках.

Я уверен, что главная цель электронного голосования — придать новые силы увядающему админресурсу в крупных городах, в которых развито наблюдательское движение и возможности обычных фальсификаций снижены.

При условиях низкой явки электронная мобилизация сотрудников бюджетных организаций может давать до 15−20 дополнительных процентов к итоговому результату административного кандидата по сравнению с обычной ситуацией. При таком потенциале зачастую отпадает необходимость в явных фальсификациях — хотя, конечно, при проведении ДЭГ сфальсифицировать выборы становится гораздо проще.

Использование ДЭГ при голосовании по поправкам в Конституцию изначально не планировалось. Но со временем его решили использовать для голосования в Москве и Нижегородской области. С моей точки зрения, для этого были три причины. Во-первых, политменеджеры решили ещё раз обкатать систему перед дальнейшим использованием на выборах. Во-вторых, ДЭГ даёт возможность получить более контролируемые результаты в столице. В-третьих, при пандемии ДЭГ сможет увеличить явку среди тех, кто не рискнёт покидать свои дома.

Важно понимать, на этом голосовании по поправкам электронное голосование будет играть сугубо вспомогательную роль. Оно не окажет решающего влияния на результат само по себе. В рамках заданных процедур оно сможет повысить явку подконтрольного электората в Москве и Нижнем Новгороде примерно процентов на 10−15. К сожалению, на этом «общероссийском голосовании» есть множество других возможностей для более простых и массовых фальсификаций. Электронное голосование же способно на многое в рамках реальных выборов, и именно для них оно и готовится.

Поэтому и само электронное голосование сейчас, и мобилизация «бюджетников» для регистрации в системе ДЭГ имеют долгосрочные последствия. Во-первых, ещё раз тестируется и обкатывается система электронного голосования — теперь ещё и в регионах. Во-вторых, создаётся база сотрудников бюджетных организаций, готовых к участию в электронных голосованиях в будущем. В-третьих, обеспечивается «привыкание» общества к электронному голосованию как обычной практике. Поэтому дистанционное электронное голосование будет обязательно использовано на выборах в Государственную Думу в 2021 году. Возможно, оно будет внедрено не только в столице и городах-миллионниках, но и по всей России.

При этом, помимо мобилизации административного ресурса, нынешняя система ДЭГ открыта для целого ряда возможных фальсификаций со стороны исполнительной власти: от создания фейковых аккаунтов и голосования за других людей до полной подмены итогов голосования из-за нераспределённого реестра блокчейна.

Более подробно обо всех уязвимостях нынешней системы я писал в своём докладе об итогах электронного голосования, который вы можете найти на https://evoting.ru

В итоге, нас всех ждёт новая цифровая электоральная реальность. И нам всем надо учиться противостоять как мобилизации «бюджетников» с помощью электронного голосования, так и возможным фальсификациям. Именно такой план противостояния мы сейчас разрабатываем с нашей командой, планируя поделиться им с другими независимыми кандидатами в преддверии грядущих выборов.

Процедура принятия поправок — это госпереворот

Главная проблема всей этой операции по переписыванию Конституции в том, что она незаконна, по сути это — госпереворот.

Вопреки закону, более сотни поправок, затрагивающих все аспекты конституционной системы, в том числе базовые права гражданина, принимаются как одна поправка. Такого в нашей истории ещё не было.

По содержанию изменений отсутствует общественная дискуссия, а агитация против их принятия фактически запрещена.

Для предотвращения таких грубых нарушений в стране существует Конституционный суд — именно он даёт заключения на новые законопроекты, проверяя их на соответствие с основным законом. Доктор юридических наук и бывший член Совета по правам человека при Президенте Илья Шаблинский описал позицию Конституционного суда, который полностью отстранился от происходящего. Изменение Конституции — юридически оформленный госпереворот, последствия которого придётся разгребать следующему поколению.

«Ситуация напоминает подготовку партсобрания в академическом институте в брежневскую эпоху».
Илья Шаблинский
доктор юридических наук, профессор, член Совета по правам человека при Президенте РФ (2012−2019 гг.)

Для российского конституционного права вообще и для конституционного правосудия в частности переживаемая история с поправками-2020 — бесспорно, серьезное унижение. Нынешний глава российского государства в очередной раз и наиболее радикальным образом адаптировал основной закон под себя. Но мало этого. Он еще поставил перед Конституционным Судом практически неразрешимую задачу. Оправдать, то есть, в данном случае, признать соответствие всем конституционным принципам, во-первых, отказ президента от важнейшего (и последнего) ограничения его власти и, во-вторых, не предусмотренную Конституцией процедуру этого отказа.

В моральном плане ситуация напоминает подготовку партсобрания, скажем, в академическом институте в брежневскую эпоху: когда нужно было выступить в поддержку некоего гнусного решения, выискивали пожилого авторитетного профессора. Уговаривали сказать пару слов. «Ну, очень надо!» Профессор мялся, кривился, но обычно мямлил то, что требовали. Я помню. Исключений было мало. И в нашем случае их нет вовсе.

Не думаю, что судья, которому было поручено вымучивать данный текст, особенно старался. Никаких обоснований в тексте нет. Просто «надо». Вот это «надо» подменяло нам право и сто, и пятьдесят лет назад.

Затея с «общероссийским голосованием», равно как и адресованное Конституционному Суду требование полностью противоречат и статье 136 Конституции, и Федеральному закону о порядке принятия и вступления в силу конституционных поправок. А что нам говорит на сей счет постановление КС?

«Конституционный Суд Российской Федерации в настоящем Заключении не оценивает согласованность такого требования с положениями Федерального закона от 4 марта 1998 года N 33-ФЗ «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации», принятого в развитие статьи 136 Конституции Российской Федерации…»

Ну, конечно, не оценивает и не рассматривает. Иначе придется признать, что закон игнорируется. А как насчет оценки «всероссийского голосования»? А просто: «…Конституционный законодатель, руководствуясь принципом народовластия, в целях конституционной легитимации своего решения был вправе обратиться к общероссийскому голосованию, прямо не предусмотренному действующим правовым регулированием для принятия конституционной поправки…»

Что тут добавишь? Был вправе! Вправе игнорировать и Конституцию и закон?

Установленных процедур (тем более, установленных Конституцией) принято придерживаться просто в силу уважения к закону и Конституции. Но не только поэтому. Любое произвольное отступление от процедуры опасно, поскольку может прикрывать чью-то корысть. Примеры — вот они. В основном из жизни среднеазиатских авторитарных режимов. Продление полномочий Туркменбаши. Продление полномочий Ислама Каримова. Продление полномочий Назарбаева. Все это всенародные голосования. Не предусмотренные конституциями. Мы встали на этот путь.

А корысть — вот она. «Всероссийское голосование» - квазиреферендум, не предусматривающий никаких гарантий, которые все же есть в законе о референдуме. Это странная процедура без наблюдателей и без членов комиссий от политических партий и инициативных групп. Без агитации против поправок. И без установленной в законе о референдуме минимальной численности избирателей, принявших участие в голосовании! Но с широчайшими возможностями для фальсификаций, ведь независимых от власти наблюдателей нет.

Российское конституционное право — в жалком, униженном состоянии. Впрочем, в нашей истории это уже случалось. Нужно хорошо запомнить этот урок, нужно выучить его. Еще пригодится.

Фальсификации — норма жизни?

Все вышеописанное, с одной стороны, ужасно, с другой — абсолютно закономерно. К сожалению, фальсификации и обман граждан давно стали традицией. Российские, а ранее советские начальники привыкли руководить огромной страной только путем обмана и манипуляций. Фальсификатом была почти любая статистика: результаты голосований, отчеты по развитию промышленности, статистика погибших в катастрофах и войнах. К сожалению, честный разговор с историческим прошлым гражданам России еще только предстоит. Без признания и оценки фальсификаций невозможно построить новое общество без обмана. Политолог Дмитрий Орешкин подробно рассказал, как и зачем завышали и занижали цифры при Сталине, при Ельцине и при Путине, и как машина фальсификаций научилась отвечать на вызовы времени.

«Общий посыл очевиден: фальсифицируй во все дыры, кто во что горазд».
Дмитрий Орешкин​
политолог​

Фальсификат служил опорой cоветской власти с самого начала. Начиная с мобилизационных выдумок про неизбежность социалистической революции, более высокую производительность коммунистического труда, про общий кризис капитализма и преимущества планового хозяйства и кончая 99.9% за нерушимый блок коммунистов и беспартийных.

Новая модель власти и экономики изначально строилась не для удовлетворения нужд трудящихся, а для их тотальной эксплуатации в интересах партийно-чекистской хунты и ее вождей. Этот простой факт и вытекающие из него бесконечные провалы вместе с обманами советская номенклатура была обречена прикрывать примитивной подтасовкой исторических, экономических, демографических, военных, электоральных и прочих данных.

Зимой 1932 г. XVII конференция ВКП (б) объявляет о строительстве «новых железных дорог не менее 25−30 тыс. км». Грому-то в прессе было! В марте 1939 г. Молотов докладывает, что «задания второй пятилетки в области промышленности и транспорта выполнены досрочно». Грому в прессе еще больше. И только десятку-другому человек из Госплана и Наркомата путей сообщения было ведомо, что в действительности СССР смог построить лишь 3380 км новых железных дорог — менее 15% от намеченного в партийных директивах. Примерно столько дореволюционная Россия на рубеже XIX и XX веков вводила в строй в среднем за год.

Но это всё презренная действительность, народу знать о ней вредно и не нужно. Сила режима не в ней, а в идеологической сплоченности масс.

Тотальная пропаганда, тотальный фальсификат и тотальный террор — три источника и три составные части режима, гарантирующего партийно-чекистской корпорации неограниченную частную собственность на 22 миллионах кв. километров вместе с населяющими их трудящимися. Фишка в том, чтобы заставить трудящихся поверить, будто властная корпорация функционирует не в своих, а в их интересах. Любая честная цифра для подобного рода режима потенциально опасна. Попытки объективного описания и сравнения достигнутых результатов расшатывают веру в административную иерархию, ибо на самом деле она эффективна лишь в одном: в удержании, расширении и круговой обороне своей монопольной власти/собственности. Любой ценой. Не считаясь с потерями для населения, окружающей среды и экономики. Во всех прочих отношениях — качество жизни, валюта, инфраструктура, доходы, образование, здравоохранение, культура, наука, территориальное развитие — режим проигрывает конкуренцию. Это его главная Военная Тайна, которую он стережет под скорлупой пропаганды, как иглу с кощеевой смертью. Сказка должна быть сильнее были — иначе номенклатуре конец.

В ситуации, когда террор сталинского типа уже невозможен, равно как и невозможна пропаганда советского образца, для удержания власти остается электоральный фальсификат. Без него система рушится.

В СССР было проще: просто рисовали 99.9% и все дела. Сейчас уже немного не то.

Фальсификация выборов подразумевает не только некий гниловатый консенсус между властью и населением (ведь результаты голосования переписываются при поддержке или попустительстве тех же самых учителей, работников ДЭЗов и сотен тысяч других нормальных, обычных сограждан-бюджетников, членов участковых избирательных комиссий, которые потом возвращаются домой и привычно ругают власть на кухне), но и четкий функциональный баланс интересов между Центром и региональными элитами.

В 90-е годы позиции Центра были слабы. Электоральный фальсификат как самый простой и эффективный инструмент сохранения власти уполз в регионы, преимущественно в национальные республики, из которых постепенно сформировались так называемые «электоральные султанаты».

В 2000-е в электоральном отношении происходит все большая «чеченизация» голосования. В «лихие девяностые» критически близкая к 100% явка на уровне ТИК не была зафиксирована вообще ни разу. Со второй половины нулевых годов ТИКи и участки с невероятной активностью избирателей и столь же невероятно сплоченной электоральной поддержкой Путина или «Единой России» десятками появляются на Кавказе, в Тюменской области и даже в Подмосковье. Не говоря уже про Черноземную зону, где еще недавно с близкими, но менее явно выраженными признаками фальсификата в пользу КПРФ располагался «Красный пояс». С 2007 г. здесь — со значительно более отчетливыми признаками «султанской» электоральной практики — располагается уже «Синий пояс», зона устойчивой поддержки Путина и его партии.

В пространственном отношении процесс шел весьма неравномерно. В Чечне, Тыве, Калмыкии и прочих «электоральных султанатах» итоги голосования практически полностью предопределены интересами начальства. В Москве, Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске и прочих крупнейших городах превалирует все же мнение избирателей. Большая часть регионов находится где-то посредине: здесь местная электоральная администрация может существенно «скорректировать» результаты волеизъявления, но не может их целиком «нарисовать».

В 2012 г. на выборах президента РФ самый высокий показатель поддержки В. В. Путина в Центральном Федеральном округе обеспечила Тамбовская область: 72% при явке 70%. У соседей по «Синему поясу» в Орловской обл. за Путина 53%, в Белгородской 59%, Рязанской 60%, Курской и Липецкой по 61%.

Одновременно Тамбовская область поставила общероссийский рекорд по показателю надомного голосования: 20% избирателей якобы проголосовали вне помещений избирательных участков. Что технически невозможно: в среднем на участковую комиссию в Тамбовской области приходилось по 670 голосующих избирателей. Если 20% из них голосовали дома, средней выездной бригаде (по закону она может быть только одна на участок) следовало с 8 утра до 8 вечера объехать 134 адреса. Итого около 5 минут на точку без перерыва на обед. Налицо случай неприкрытого фальсификата, с помощью которого удалось пририсовать и явку, и результат Путина.

Однако существует некий порог приличий, неписаных норм, «понятий» или, как говорят юристы, «деловых обыкновений», переступать который системные игроки считают недопустимым. Скорее всего, из опасений скандала. Иначе почему бы по сценарию Тамбовской области не действовать ее соседям из «Синего пояса»? Там, конечно, тоже были приписки (косвенные признаки это подтверждают), но в разы более скромные. Значит, что-то мешало.

Это важное обстоятельство обычно упускается из вида критиками российской избирательной системы. Технических средств, чтобы нарисовать нужный результат, у электоральной администрации любого уровня более чем достаточно. Кто-то эксплуатирует модель надомного голосования, как в Тамбове. Кто-то предпочитает работать с «досрочкой». Иные просто переписывают участковые протоколы, повышая процент до рекомендованного уровня. Вопрос не в технике, а в высоте неформального порога. Покойный спикер чеченского парламента Дукуваха Абдурахманов в стенах Совета Федерации сгоряча однажды сказал, что на выборах в Чечне «мы и 125% сможем обеспечить». И смогли бы — не вопрос!

Вопрос — как это будет воспринято населением и самой системой. После марта 2012 г., когда Чечня показала явку в 99.6% и 99.8% за Путина, система дала понять, что это чуть-чуть перебор. Впредь надо бы держаться скромнее… А затем вежливо отправила в отставку и вошедшего в избыточный административный раж В. Е. Чурова, заменив его на умеренную Э. А. Памфилову. Кто-то наверху сообразил, что откровенный электоральный беспредел приносит Кремлю больше вреда, чем пользы.

Важную роль здесь сыграл опыт Москвы-2011, когда общественным движением «Гражданин наблюдатель» впервые был реализован проект выборочного контроля над подсчетом голосов. В Москве, как и в большинстве других регионов, тогда главным инструментом обеспечения нужных результатов был так называемый «ночной фальсификат» — то есть просто переписывание участковых протоколов после закрытия избирательных участков (когда члены комиссий уже разошлись по домам), но до введения данных в терминальные устройства ГАС «Выборы», которые располагались в офисах ТИК.

«Исправлялись» не все подряд участковые протоколы — в этом не было нужды — а лишь в тех комиссиях, с председателем которых у руководства ТИК сложились особо доверительные отношения. Зато по-крупному, сразу на несколько сотен голосов — так, чтобы при суммировании приписки хватило и на все прочие, оставшиеся «чистыми» протоколы. Отсюда логика проверки: направить наблюдателей на заранее выбранные 5% участков чтобы, согласно закону, получить на руки копии «первичных», еще не исправленных протоколов. В итоге получается репрезентативная выборка, показывающая результаты настоящего голосования москвичей, до внесения в них искажений «ночного фальсификата». Если между контрольной «чистой» выборкой и генеральной совокупностью выявятся статистически значимые различия, это будет корректным доказательством наличия фальсификата.

Наблюдатели были отправлены на 160 московских участков. В этой выборке у «Единой России» по первичным протоколам оказалось 29.9%. В то время как по официальной сводке для всей Москвы у «Единой России» оказалось 47.7%.

Фальсификат бил в глаза. Неформальная «норма приемлемости» была грубо нарушена. Москва в ответ вывалилась на «Болотку». Власть реагировала с одной стороны репрессиями, а с другой — отказом от самой одиозной, простой и эффективной формы незаконной коррекции результатов — а именно «ночного фальсификата». После декабря 2011 г. от этой чуровской благодати московская электоральная администрация была вынуждена отказаться. Прямым цифровым следствием стал неприятный для Путина московский результат на президентских выборах через три месяца. В марте 2012 г. столица дала ему лишь 47% — и это был честный в смысле подсчета результат, потому что на участках, взятых под контроль независимыми наблюдателями, его результат был 45%.

Власть гибка. Она учится и эволюционирует. У нее острый глаз и сильная мотивация. Фальсификационные практики текучи. Встретив сопротивление в одной точке, они быстро нащупывают новые варианты действий — очень разные в разных регионах.

Поняв, что возможности манипулирования электоральными цифрами сузились и не гарантируют защиту от оппозиции (по крайней мере, в Москве), вертикаль была вынуждена пойти другим путем и предпочла устранить наиболее опасные для себя фигуры еще на стадии регистрации.

Фальсификат как средство сохранения себя, по-видимому, столь же неистребим и функционально неизбежен для путинской вертикали, как коррупция. Без них как инструментов скупки лояльности и контроля рушится сам механизм территориального менеджмента, пространственного единства и политической иерархии. Пока существует консенсусная заинтересованность Кремля, силовых элит, бизнеса, федеральных медиа, региональных руководителей и номенклатуры в сохранении этой системы управления, власть на местах будет искать и находить пути для передачи в Центр электоральной дани. А Центр будет эту дань интерпретировать как подтверждение своего права на дальнейшее властвование. Население (избиратели) на этом празднике номенклатурной жизни если не совсем чужое, то присутствует в лучшем случае в качестве бедных родственников, приглашенных ради соблюдения приличий.

Однако меняются сами представления о приличиях, вот в чем дело. Интегральный фальсификационный резерв в его сегодняшнем объеме в пересчете на всю страну никак не превышает 12−15 миллионов голосов. При общей численности избирателей 110 миллионов. Больше приписок просто неоткуда взять — по крайней мере, сейчас, в рамках сложившихся за 20 лет представлений о «нормах». Другое дело, что эти 12−15 миллионов (среди которых и «электоральные султанаты», и «мертвые души», и «карусели», и всё-всё-всё) отличаются железной дисциплиной, невероятной сплоченностью и монолитностью голосования. Этим виртуальным воинством командуют не напрямую из Кремля — оно подчиняется как раз региональным начальникам.

Задача Кремля сделать так, чтобы региональные начальники не увиливали, не саботировали, а дисциплинированно выводили свои цифровые войска в нужный момент на нужную позицию. А уж как там они соберут свое электоральное ополчение, какие методы будут использовать и из какого пальца высасывать проценты — это их забота. Но чтобы не было скандалов!

На выборах в ГД 2016 г. «Единая Россия» набрала на 5 миллионов голосов меньше, чем в 2011 г., но ее формальная поддержка оказалась на 5% больше — 54.2% от числа голосовавших. Понятно, дело в падении явки: в 2011 на участки пришли 65.7 миллионов избирателей, а в 2016 только 52.6 миллионов. Но хитрость в том, что в обоих электоральных циклах за партию власти «голосовали» около 10 (и точно не более 12) миллионов из фальсификационной гвардии. Которая поддерживает власть в любую погоду — пока региональным элитам вдруг что-то не перестанет в ней нравиться. Или пока они не перестанут ее бояться.

Чем меньше интегральная явка, тем большая доля среди голосующих будет представлена этим приписным воинством. В пределе, если бы живые избиратели вообще не пришли на участки (но еще сохранилась лояльность местных элит), общая явка ограничилась бы теми самыми 10−12 миллионами из «электоральных султанатов» и близких к ним по манере поведения регионов. Зато партия власти получила бы 100%!

Отсюда весьма замечательная «стратегия низкой явки», которую первой нащупала для себя московская власть еще во времена Лужкова. Чем меньше москвичей (а они народ придирчивый) придет голосовать, тем меньшим количеством «приводных бюджетников», пенсионеров, вбросов, приписок можно будет решить вопрос в свою пользу. В масштабах всей страны эта стратегия еще эффективней: чем меньше избирателей приходят на участки в критически настроенных европеизированных и урбанизированных регионах типа Москвы и Питера, тем большую роль в итоговом раскладе сыграют лояльные «электоральные султанаты» с их супер-дисциплинированной и супер-лояльной электоральной гвардией.

Логика власти становится понятнее, если сравнивать не традиционные проценты от числа проголосовавших, а процент поддержки от списочного состава: этот показатель по умолчанию учитывает еще активность голосующих, т. е. явку.

Доля списочного состава избирателей, поддержавших партию «Единая Россия» 18 сентября 2016 г. на федеральных выборах Государственной Думы VII созыва. Рассчитано по данным ЦИК РФ.

Итого, по состоянию на 2016 г. на фоне очень крупных, но пассивно-раздраженных регионов Центра и Большой России, ключевую роль в поддержке партии власти играют «особые» регионы вместе с их фальсификационным ресурсом.

Теперь понятно острое желание Кремля провести «общенародное голосование» непременно летом, как можно скорее, когда значительная часть продвинутого крупногородского населения, и так-то не горящего желанием участвовать в этой сомнительной процедуре, к тому же разъехалась подальше от погруженных в пандемию городов и не спешит возвращаться?

В то время как виртуальные избиратели «султанатов», так же как электронные боты по удаленному голосованию вместе с непроверяемыми «надомниками» и «досрочниками» проголосуют в любом случае — и всем заранее известно как.

Новость не в этом, а в том, что шатается (если не рушится) сложившаяся за последние 10−15 лет система «деловых обыкновений» в отношениях между все более стремящейся в условную Азию властью с типичной для нее моделью несменяемого управления и постепенно европеизирующимся населением Большой России.

Коридор возможностей резко сузился. Кремль вынужден действовать слишком торопливо, слишком откровенно, слишком грубо и в лоб. Со слишком очевидным расчетом на примитивный фальсификат чеченского образца. Если было бы иначе — почему не провести доброкачественную и четко прописанную в законе процедуру референдума, с положенными тремя месяцами на предварительное обсуждение, с гарантированными правами независимых наблюдателей, с отработанной и прозрачной формой протокола и отдельным обсуждением каждой конституционной поправки? Осенью, без спешки, страхов и рисков, связанных с эпидемией. Куда спешим-то? Враг, что ли, у ворот?

Вместо этого организаторы, уже не заботясь о прежних приличиях, спешат открыть буквально все возможные лазейки для облегчения фальсификации. Начиная с упрощенной версии участкового протокола, где вообще не будет привычных строк с данными о числе избирателей, голосовавших досрочно, на дому или удаленно (большой привет тамбовским фальсификационным технологиям!). Продолжая трудно выполнимыми ограничениями для организации наблюдения — только через Общественные палаты, которые по сути являются аппендиксами административной системы. Кроме этого ЦИК РФ официально заявил, что все члены избирательных комиссий пройдут тестирование на коронавирус. Замечательно, земной вам поклон. А как с наблюдателями? Вдруг кто-то из них инфицирован? У вас, товарищ наблюдатель, справка есть? А вы докажите, что не поддельная! Что-то мне печать не нравится… Какой прекрасный, благородный и гуманный повод отказать неудобному человеку в праве присутствовать при голосовании и подсчете!

Или неприличный запрет на разъяснение опасных или непопулярных особенностей поправок под предлогом разрешения только «информирования» — понимая под «информированием» огульную агитацию «за»? А шесть дней «досрочки», которые не только невозможно проконтролировать (это уже само собой!), но которые еще по сути нарушают смысл собственного требования хотя бы месяц дать народу, чтобы он мог собраться с мыслями? Нет нужды детально разбирать все постыдные игры с «досрочкой», «упрощенкой», «облегченкой» и «удаленкой». Общий посыл очевиден: фальсифицируй во все дыры, кто во что горазд.

У нас и прежние-то довольно четкие формальные требования при наличии административного интереса легко объезжались на кривой козе. А про новые и говорить нечего. Это будет поистине выдающаяся по позорности страница в электоральной истории Отечества. И конечно, в системе есть люди, которые это отлично понимают. Возможно, поэтому такая недостойная спешка и суета. Отделаться поскорее и забыть!

Нет, забыть уже не получится: цифры останутся.

Что-то новое и непривычное чувствуется во всей этой пестрой мешанине на фоне падающего рейтинга и Боинга, демонстративного пренебрежения к нормам и приличиям, суетного стремления пролезть к своим двум нулям хоть тушкой, хоть чучелком и — внимание! — почти откровенного призыва к раздраженному избирателю: да не ходи ты! Видишь, какую грязищу развели?! Не надо…

Главный расчет — на отработанную стратегию низкой явки в оппозиционно настроенных регионах. Именно поэтому мне кажется полезным сходить и проголосовать против. Не сильно обольщаясь насчет результата. Из трех простых резонов. Во-первых, если таких конструктивно раздраженных окажется достаточно много, в стране могут появиться зоны, виртуально свободные от обнуления. Хоть та же Москва. Во-вторых, не вижу причины облегчать им административную жизнь и уступать мои избирательные права какому-то удаленному боту из султаната. В-третьих, просто интересно, что они смогут сделать с моим минусом. Посмотреть, как будут выкручиваться.

После обнуления. Как выйти из тупика?

Даже если мы не сможем ничего сделать с принятием поправок к Конституции, в наших силах начать общественную дискуссию о том, как выйти из этого исторического тупика и свернуть в сторону настоящей демократии. Политолог Владимир Пастухов рассказывает, как гражданское общество может использовать текущий политический кризис для понимания будущего.

«Нам необходимо политически развести президента и премьер-министра как два равноценных и уравновешивающих друг друга центра силы».
Владимир Пастухов​
политолог, научный сотрудник University College of London​

Жизнь продолжится и после голосования за поправки в Конституцию, небо не упадет на землю, земля не провалится в тартарары. Все будет по-прежнему, кроме одного — в России не будет больше легитимной Конституции. Это та реальность, которая дана будет нам, как любил говаривать вождь мирового пролетариата, в массе крайне неприятных ощущений.

Неконституционные по содержанию поправки, принятые в рамках неконституционной процедуры и одобренные не имеющим законного статуса и не поддающимся объективному контролю голосованием не просто сами по себе нелегитимны, а тянут за собой на дно всю конституционную систему. Россия вступает де-факто в новую полосу своей истории, когда в конституционно-правовом смысле режим подвисает в воздухе. Все прямо по Виктору Степановичу Черномырдину — хотели как лучше, а получилось как всегда у них выходит. Хотели повысить легитимность самодержавного президента, а опустили в неопределенность всю систему власти.

Но во всем плохом есть всегда доля хорошего. Это очевидная, открывшаяся всем в суматохе пандемичного голосования, конституционная неопределенность заставит общество более серьезно отнестись к конституционной проблематике и может стать толчком для настоящей, альтернативной дискуссии о том, какая Конституция нужна России XXI века. Не надо быть пророком, чтобы предсказать, что в центре этой дискуссии будет вопрос о преодолении самодержавного начала российской государственности.

Почему Россия на протяжении веков остается самодержавной деспотией?

Самодержавие, вопреки расхожему мнению о нем, — явление не столько архаичное (отрыжка русской древности), сколько атрибут русского Нового времени. Это русская версия западноевропейского разделения властей, так сказать, «наш ответ Чемберлену» образца XVI—XVIII вв. Перед Россией в политической области стояли, в общем, те же задачи, что и перед ведущими странами Западной Европы — создать и научиться контролировать бюрократию современного типа, с помощью которой можно поддерживать развитие индустриального общества. Но ресурсов решить эту проблему как, например, в Англии или во Франции, у России не было, и ей пришлось идти своим путем. Вместо создания абстрактного символа — нации — здесь ограничились наделением фигуры верховного правителя символическими свойствами. В России верховный правитель — это и есть суррогат западноевропейской нации, ее сублимированное воплощение в реально существующем человеке.

«Русская система» троична. Вместо отношения «общество — власть» здесь рабочим является отношение «общество — самодержавный правитель — власть». При всех известных своих недостатках, разбираемых с особой тщательностью на протяжении многих веков, у этой системы есть одно существенное достоинство — она является чрезвычайно устойчивой политической формой. Самодержавный правитель — это политическая технология двойного назначения. С одной стороны, он является стержнем бюрократической системы. Это его сущностный признак — нет вертикали власти, нет и самодержавия. С другой стороны, он противопоставлен бюрократии, являясь прямым представителем русского общества, всегда сохраняющего с ним трансцендентную, религиозно-мистическую (или идеологически-мистическую) связь, в основе которого лежит не рассудок, а инстинкт и чувство.

В практическом плане это означает, что русская власть, начиная со времен Ивана Грозного и до сегодняшнего дня, разделена, как и власть в демократических государствах Западной Европы. Как минимум, виртуально — на внешнюю и внутреннюю, на власть бюрократии и на власть самодержца. Последний представляет собой стороннюю по отношению к бюрократии силу, особым образом связанную с обществом. Русское общество таким образом все же контролирует свою бюрократию, но не напрямую, как в западноевропейских странах, а через метафизического посредника.

Алчная, архаичная и невежественная в основной своей массе русская бюрократия давно растерзала бы русское общество, останься она с ним один на один. Русский правитель потому и имеет такую невиданную свободу в отношении русской бюрократии, что на него возложена миссия пинать ее, гнать ее «за Можай», заставляя решать стоящие перед русским обществом исторические задачи. Вот поэтому-то Пушкин и называл русского царя первым европейцем в России. Но за эту «европейскость» в отношениях с бюрократией приходится платить «азиатчиной» в отношениях с народом.

Почему Россия больше не может оставаться самодержавной империей?

Верховный правитель России может контролировать бюрократию только потому, что сам всегда остается никому и ни в чем неподконтрольным. А это значит, что любая верховная власть в России априори должна оставаться бессменной и тиранической (последнее с поправкой на персональные особенности личности правителя варьируется в широком диапазоне от Ивана Грозного до Горбачева). В длительной исторической перспективе, несмотря на свою беспрецедентную устойчивость, русский способ разделения властей оказывается неэффективным, так как он делает неизбежными периодические революционные обнуления русской истории, кровавые и бессмысленные, отбрасывающие каждый раз страну далеко назад, чтобы потом сделать новый рывок вперед ценой еще больших жертв.

Не надо быть большим специалистом по выстраиванию социальных моделей, чтобы понять, что самодержавие — это исторический тупик.

В некотором смысле развитие России осуществляется по принципу пирамиды — на каждом новом этапе успех достигается не за счет приумножения ресурсов, а за счет их заимствования у будущих поколений. Иван Грозный внутренне объединил страну, навсегда сломав хребет русским элитам. Петр Первый бросил ее в Новое время, взвалив на плечи всего народа непосильную ношу. Ленин и Сталин сделали Россию индустриальной сверхдержавой ценой уничтожения русского крестьянства и окончательного закрепощения всех остальных классов общества. По сути, Советский Союз был уже последней станции на этом пути, больше заимствовать было нечего и не у кого, пирамида исчерпала себя и обанкротилась.

Как вырвать Россию из самодержавного тупика?

Многочисленные попытки покончить с самодержавием в России, внедрив в нее начала западной либеральной политической системы, до сих пор оказались неудачными. Для этого есть веские причины, коренящиеся в собственном историческом и культурном опыте России. Я не являюсь очень большим поклонником творчества Солженицына как в политическом, так и в литературном отношениях, но высказанное им в середине 90-х скептическое мнение о политических реформах в России, — мол, нельзя свою болезнь лечить чужим здоровьем, — считаю очень точным и прозорливым. Система разделения властей в ее классическом виде, как разделение на исполнительную, законодательную и судебную власти, была реализована в Западной Европе тогда, когда процесс десакрализация власти и формирование современной бюрократии уже шли полным ходом. Таким образом, мало что мешало холодному рассудку препарировать власть в политическом анатомическом театре. Это и предопределило успех западноевропейского конституционализма.

Напротив, в России сакральность восприятия верховной власти обществом была и остается предустановленным софтом, а современную бюрократию по-прежнему России еще только предстоит создать. Поэтому все западные политические технологии контроля бюрократии, в том числе — и в первую очередь — такая, как разделение властей, встречают в России мощнейший иммунный ответ и через непродолжительное время превращаются в бесполезные и безобидные для самодержавия декорации. Чтобы преодолеть барьер, надо обмануть политический иммунитет русской власти. Как это ни парадоксально, то, что нам больше всего мешает, — сакральность российской власти, — может нам в этом помочь.

Надо идти не от абстрактных представлений об устройстве власти, а от русской конкретики. Если стержнем «русской системы» является фигура верховного правителя, имеющая в глазах населения сакрально-символический характер, то расщеплять надо не власть вообще, а именно этот ее твердый кристалл. Только это в России может иметь практическое значение, все остальное — мимо кассы. При этом речь идет не об уничтожении «священного кристалла», а именно об аккуратном расщеплении, при котором некоторое время продолжат параллельно сосуществовать два или более имеющих сакральное значение в глазах общества центра власти.

Необходимо конституционное решение

Необходимо найти промежуточное, технологическое конституционное решение проблемы русского самодержавия. Возможно, оно будет неидеальным и даже ограниченным по времени, но при этом позволит расшить ситуацию и вырваться из тисков «русской системы». С этой целью, прежде чем окончательно раз и навсегда убрать самодержавие с политической карты России, необходимо провести конституционную вакцинацию общества — привить ему «сакральную мультицентричность».

Для начала надо добиться того, чтобы сакральных центров власти в России стало как минимум два. В практическом плане в сегодняшних условиях это означает, что нам необходимо политически развести президента и премьер-министра как два равноценных и уравновешивающих друг друга центра силы. Сделать это можно, весьма своеобразно совместив принципы парламентской и президентской моделей.

Одним из вариантов (но далеко не единственным) реализации этой идеи может быть, например «атипичная президентско-парламентская республика». Всенародно избираемый и соответственно обладающий высшей легитимностью президент должен быть лишен любой возможности непосредственно руководить исполнительной властью (бюрократическим аппаратом) и прежде всего, конечно, силовым блоком (армия, полиция, ФСБ и тому подобное) и финансовыми потоками. Эти полномочия в полном объеме должны быть сосредоточены в руках премьер-министра, назначаемого, однако, нижней палатой парламента и полностью подотчетного ему (естественно, что в этом случае премьер-министр является представителем контролирующей парламент партии или избирательного блока).

В этом случае мы получаем обладающего высшей электоральной легитимностью президента, не контролирующего аппарат исполнительной власти непосредственно, и не обладающего такой легитимностью премьер-министра, в руках которого будет сосредоточена вся реальная власть, в том числе, над силовиками и над финансовыми потоками. Чтобы у премьер-министра было меньше соблазнов узурпировать власть, устранив всенародно избранного президента с политической сцены, последнего надо наделить определенным объемом контрольных полномочий в отношении премьер-министра, в том числе, правом давать согласие на назначение, а, возможно, и на снятие ключевых министров, в первую очередь из силового и финансового блока, генерального прокурора, глав дипломатических миссий и так далее.

Развивайте конституционную фантазию!

Когда общество выходит из состояния затяжной, длящейся десятилетиями авторитарной спячки, то самым большим дефицитом в нем оказывается дефицит мечты. Люди привыкают к том, что они видели годами изо дня в день как к единственно возможной данности. Им кажется, что так было испокон веков и так должно быть до скончания века. Но это неправда — мир динамичен и он пластичен. Поэтому надо не бояться мыслить широко, большими мазками, задумываясь о том, о чем еще вчера думать было неслыханной дерзостью. И при этом надо не просто брать чужие готовые решения и пытаться применить их к себе. Ничего плохого нет и в хорошем чужом опыте. Но если его не хватает, то надо не бояться идти по целине, в том числе конституционной. Решения могут быть разными, как те, о которых я написал выше, так и совершенно другие, может быть, им противоположные. Об этом можно и нужно спорить. Может быть, об этом только и нужно спорить. Это и называется своей повесткой, той повесткой, которые гражданское общество обязано перехватить у фальсификаторов Конституции и поднять как знамя борьбы за русское правовое государства XXI века.